выпотрошен, выжат, сдобрен лимонным соком
запит текилой, зажат и большим и средним
мне невозможно. мне тягостно. одиноко
лавирую по садовому. воскресенье.

мне никуда не нужно. столичный ветер
гонит меня бумажкой по подворотням
гулким рефреном и я в подворотнях этих
эхом от стен отлетаю. потерян. отнят

от этой желанной тебя мне дающей силы
на продолжение вымученных траекторий.
танец воскресных праздных автомобилий
на пыльном садовом сливается в ораторию

осоловевших в бездеятельности клаксонов
осиротевших, незанятых по week-end` ам
я выезжаю в город... .. лавирую пьяно, сонно
и возвращаюсь к просроченным эмитентам

к горам акций, доходов и облигаций
в пустую квартиру осеннюю где уныло
записка твоя на стене "я ушла на танцы"
двухмесячной давности и запах чужого мыла
....там, на коже - отметины от зубов,
на запястьях - следы от коварных пут,
гроздь на щиколотке - синяков,
а они не лгут.
здесь за ухом - еще горит
поцелуй и касанье губ,
сердце апокалиптически сбило ритм,
будто я бегу,
на ладонях запах медовых рос,
меж висками - тьма,
снять резинку с тяжких твоих волос
и сойти с ума
и дышать взахлеб, на разрыв, на вкус
и дышать устав,
провалиться в сон, потереть укус
на плече....пластай
мое тело, жестче иди ко мне,
номиналы врут,
здесь слова как будто бы сад камней -
ну не ты же, брут!
а, да впрочем, какая ра..
уходили все.
этой ночью будет опять игра
в прятки на полосе
будет легкий окрик, тяжелый шелк,
винный запах, табачный трут....
кожа плавится там, где твой ремешок
размечал маршрут
вот - на ней отметины от зубов,
и от резких пут.
почему-то легче от синяков,
хоть они не лгут.
Какая же вкусная нежность к тебе на вкус.
А мы такие пьём одну бутылку виски на двоих. С горла. И целуемся. Шикарный закат.
я хотела бы знать, какая ты ну... ну, на самом деле...
нет, не в смысле там в сексе или в постели,
и не в смысле там, какая ты без мейк апа, духов и грима....
(черт, надоела эта бесконечная буквенная пантомима)

я хотела бы знать, какая ты ну... когда плачешь, когда смеешься
как ты закусываешь губу, когда отдаешься....
(черт, нет, опять не то.... это все не о том, не так....)
я хотела бы знать, что ты говоришь, если ставишь себе синяк,

если ударяешься больно утром в попытках собраться.... или там, ну
какой ты пьешь кофе и пьешь ли... (черт!).... тишину
твоих утр знать назубок и звуки твоих вечеров, имена
книжных геров и песни, которые слушаешь только одна.

(нет, снова не то...) ну, может знать, что ты готовишь на завтрак
или пишешь ли план в ежедневник вечером, чтобы завтра
ни сделать из этого плана ни строчки или наоборот
выполнить все и отметить галочкой... алым рот,

чулки вместо джинс, и платье.... ну вдруг, а вдруг?
как разговариваешь с самыми близкими из подруг
и что тебе снится, когда ты ложишься спать?
господи, я так много хотела бы достоверно знать,

но вместо этого я придумываю себе тебя,
собираю по пазликам, подгоняю точней края,
втискиваю тебя в ежедневный абрис записочек от ... и к....
и в эти вот строчки в моем электрическом дневнике.
и если все ложь, то есть ли о чем писать?
и будет ли смысл в словах, а в кофе тончайший тон?
и надо ль с утра вставать, опять заправлять кровать,
и надо ли кровоточить, и рифмовать,
и на еще не вянущей розе поправлять бутон?

и если все ложь, то чем же я жил до сих?
от сих и до сих растравляя в себе любовь
себя на руках носил, себя изводил на стих,
пока мой ветер не стих,
его я кормил собой.

но если все ложь, зачем, зачем я крестил корму
зачем паруса просил потуже, искал беды?
и если и здесь, и там ни нужен я никому,
и нежности нет в дому,
моя ль в том вина? иль ты

если все ложь - лгала, дрожала, смотрела назад,
и прятала губы в рукав, чтоб скрыть от меня свой смех
и если все ложь, то как теперь мне смотреть в глаза
и как отвести глаза
от той, что мне ближе всех?
Я о тебе не думаю. Так вот случилось. Готовлю бефстроганов на обед и не думаю, как уютно вечером с пледом на коленях и ноутом рассказываю о своём дне. Небо не рухнуло, кошки не взлетели. А я ждала. Я тоже в зеркале точно такая же. Ты одна изменилась. Тебе почему-то больше не идёт некогда любимый мной красный сарафан и как-то совсем не красят веснушки.
Мне хочется поцелуев. Порой я скучаю по тебе, Элис. Самая сумасшедшая влюбленность в моей жизни. Самая короткая.
Ты мой самый солнечный напиток, прохладный, свежий, моя пролитая на шею капелька в +27 в тени.
Я помню, как пахли твои рыжие волосы, я помню вкус твоей кожи, я помню, я помню его так, как будто пробовал её мгновение назад.
...Вниз по внутренней поверхности от лодыжки до колена и обратно. Ниточная фенечка желтого-зеленого и красного цветов.
Элис, Элис. Где ты сейчас?..
У меня зима, бесснежная, холодная, деревья стоят голые. Зима, похожая на осень. Хмурое небо гонит людей из своих нор, они так не похожие на тебя, моя июневая.
Промозглый ветер в лицо, снег за шиворот, дыхание слабо согревает пальцы, я по-прежнему забываю на столике в прихожей варежки. Захожу в "Кофе и книги", беру большой кокосовый латте. Кафе очень маленькое и уютное, согреваю пальцы о картон кофейного стаканчика. Столик у окна мне нравится больше всего. За ним - дорога, поток машин, сквозь снегопад наблюдаю за ними. Элис, Элис...
Иногда я слышу твой смех, бьющиеся хрустальные шарики и брызги прохладной воды, заразительный, красивый. И тогда наступает лето. Где бы я ни был. Южный ветер приносит запахи апельсина, вдыхая запах твоих волос я чувствовал легкие ощущения тропиков, морского бриза, глубинной нежности.
Зима застилает снежным одеялом улицы, кутает дома и машины, а в моем сердце - июнь, и пальцам отчего-то больше не холодно. Смейся, Элис, чаще...
Я ношу кольцо, которое ты подарила мне. С красным камушком в пасти золотого Дракона. Ты рассазывала мне, что он живой и чувствующий, он дитя огня. Огня. Огня, Элис.
Ты помнишь?..
Языки пламени отражались в зеркале неба, звезды кружились, когда ты падала в сочную зелень трав и запрокидывала голову, ты кричала громко и счастливо, прогибалась в спине под моими пальцами, тянула руки к костру. Нашему костру.