Страницы: 1 | 2 | 3 | 4

Рэй Брэдбери

"Вино из одуванчиков"

И от этого пустячного случая он насторожился: день будет не такой, как все. Не такой ещё и потому, что бывают дни, сотканные из одних запахов, словно весь мир можно втянуть носом, как воздух: вдохнуть и выдохнуть, — так объяснял Дугласу и его десятилетнему брату Тому отец, когда вез их в машине за город. А в другие дни, говорил ещё отец, можно услышать каждый гром и каждый шорох вселенной. Иные дни хорошо пробовать на вкус, а иные — на ощупь. А бывают и такие, когда есть всё сразу. Вот, например, сегодня — пахнет так, будто в одну ночь там, за холмами, невесть откуда взялся огромный фруктовый сад, и всё до самого горизонта так и благоухает.

Мы потому и любим закат, что он бывает только один раз в день.

Когда человеку семнадцать, он знает всё. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает всё — значит, ему все ещё семнадцать.

Конечно же, центр мироздания — кухня, ведь всё остальное вращается вокруг неё; она-то и есть тот самый фронтамент, на котором держится весь храм!

Когда-нибудь вы сами убедитесь, мальчики, что к старости дни как-то тускнеют… и уже не отличишь один от другого…

Июньские зори, июльские полдни, августовские вечера — всё прошло, кончилось, ушло навсегда и осталось только в памяти. Теперь впереди долгая осень, белая зима, прохладная зеленеющая весна, и за это время нужно обдумать минувшее лето и подвести итог. А если он что-нибудь забудет — что ж, в погребе стоит вино из одуванчиков, на каждой бутылке выведено число, и в них — все дни лета, все до единого. Можно почаще спускаться в погреб и глядеть прямо на солнце, пока не заболят глаза, а тогда он их закроет и всмотрится в жгучие пятна, мимолетные шрамы от виденного, которые все еще будут плясать внутри теплых век, и станет расставлять по местам каждое отражение и каждый огонек, пока не вспомнит все, до конца…

"Запах сарсапарели"

Надо только ехать на своей одноколёске поаккуратнее, удерживать равновесие, балансировать между годами, руки в стороны, осторожно-осторожно, от года к году: недельку провести в девятьсот девятом, денёк — в девятисотом, месяц или недели две — где-нибудь ещё, скажем, в девятьсот пятом, в восемьсот девяносто восьмом, — и тогда до конца жизни так и не выедешь из лета.

Айн Рэнд "Атлант расправил плечи"

Он презирал беспричинную любовь, как презирал незаработанное собственным трудом богатство. Они любили его по каким-то непонятным причинам и игнорировали всё то, за что он хотел быть любимым. Он спрашивал себя, каких ответных чувств они от него добиваются, - если только им нужны его чувства. А хотели они именно его чувств. В противном случае не было бы постоянных обвинений в его безразличии к ним, не было бы хронической атмосферы подозрительности, как будто они на каждом шагу ожидали, что он причинит им боль. У него никогда не было такого желания, но он всегда чувствовал их недоверчивость и настороженность. Казалось, всё, что он говорил, задевало их за живое; дело было даже не в его словах и поступках. Можно было подумать, что их ранило само его существование.

Когда все сходятся в одном, - голос Таггарта вдруг стал хриплым, - когда все абсолютно единодушны, как смеет один человек пренебрегать общим мнением и выражать несогласие? По какому праву? Вот что я хочу понять - по какому праву?

Дэгни иногда сожалела о том, что Нэт Таггарт был её предком. То, что она чувствовала по отношению к нему, не относилось к категории семейной привязанности, когда не приходится выбирать, кого любить. Она не хотела, чтобы её чувство было сродни тому, что человек должен испытывать к своим родственникам. Она любила лишь то, что хотела любить, и её всегда возмущало, когда любви от неё требовали.

Мне нравятся сигареты, мисс Таггарт. Мне нравится думать об огне, который человек держит в своих руках. Огонь, эта могучая, опасная сила, которую человек укротил и держит у кончиков своих пальцев. Я часто думаю о тех минутах, когда человек сидит в полном одиночестве, смотрит на дым своей сигареты и размышляет. Я часто задавал себе вопрос, какие великие свершения выросли из таких минут. Когда человек думает, в его сознании вспыхивает искорка живого огня, и в такие минуты огонёк дымящейся сигареты является как бы отражением его личности.

Не знаю. Но я наблюдаю за людьми вот уже двадцать лет и заметил большие перемены. Я помню, как когда-то они торопливо проходили мимо, и мне нравилось наблюдать за ними. Да все спешили, но знали, куда именно они спешат, и им очень хотелось туда успеть. Сейчас люди торопятся оттого, что им страшно. Ими движет не целеустремлённость, нет. Ими движет страх. Они никуда не спешат, они просто убегают, и я далеко не уверен в том, что они сами знают, от чего бегут. Они не смотрят друг на друга. Да, они часто улыбаются, пожалуй, даже слишком часто, но какой-то скверной улыбкой. Она выражает не радость, а мольбу. Нет, я не понимаю, что происходит с миром.

Если остальные могут выжить, лишь уничтожив нас, то почему мы вообще должны хотеть, чтобы они выжили? Нет ничего, что могло бы оправдать самопожертвование. Ничто не может оправдать превращения людей в жертвенных животных. Ничто не может оправдать истребление лучших. Человека нельзя наказывать за способности, за умение делать дело. Если уж это справедливо, то лучше нам всем начать убивать друг друга, поскольку никакой справедливости в мире не осталось.

Всю жизнь имея дело с чистой реальностью технологий, металла и производства, он обрёл твёрдую уверенность, что человек должен заниматься тем, что разумно, а не безумно, что человек всегда должен стремиться к правильному, потому что реальность в конечном итоге всегда берёт верх, а бессмысленное, неправильное и несправедливое не имеет будущего, не может привести к успеху, не может ничего - только уничтожить себя.

Здравый смысл, мой дорогой друг, - самый наивный из всех предрассудков.

Тот, кто всячески пытается заручиться доверием другого, имеет нечестные намерения, независимо от того, признаётся он себе в этом или нет.

Что такое судьба человека? Надежды, которым не суждено сбыться. Так было всегда. Мудрый человек - это тот, кто даже не пытается надеяться.

Единственный человеческий талант заключается в подлом коварстве и хитрости, направленных на удовлетворение потребностей плоти, - сказал старый бродяга. - Для этого особого ума не надо. Не верьте россказням о разуме, душе, идеалах и неограниченных возможностях человека.

Людям недоступны истина и разум. Разум против них бессилен, и, тем не менее, мы вынуждены жить в этом мире. Если мы хотим чего-нибудь достичь, мы должны обманом вынудить людей позволить нам этого достичь. Или силой. Иначе с ними нельзя. Другого языка они не понимают. Мы не может рассчитывать на поддержку разумных начинаний или высоких духовных устремлений. Люди - это порочные животные, алчные хищники, гонящиеся за наживой и потакающие своим прихотям.

Если бы ты любил брата, то дал бы ему работу, которой он недостоин, и именно потому, что он не заслуживает её, - это было бы проявлением истинной доброты и братской любви. Зачем тогда любовь, если не для этого? Дать работу тому, кто её достоин, - не добродетель. Истинная добродетель - вознаградить недостойного.

Он впервые в жизни понял, что никогда ничего не боялся, потому что у него было универсальное лекарство от любой беды - возможность действовать. Нет, думал он, не уверенность в победе - кто может быть в этом уверен? - всего лишь возможность действовать- вот что нужно человеку в подобных обстоятельствах.

Если ты действительно хочешь оказать мне услугу, не предлагай скидки. Лучше запроси любую цену, лишь бы я получал уголь в первую очередь.

Можно чувствовать себя легко и непринуждённо, лишь когда осознаёшь свою значимость, как-то сказала ему она.

Знаете, есть такие законы, словно резиновые, и мэру вполне по силам слегка растянуть их для друга.

Супруги не смотрят друг на друга так,словно у них на уме спальня. В этом мире вы либо добродетельны, либо наслаждаетесь жизнью.

Вот в этом-то и состоит жестокость честных людей. Ведь ты бы меня не понял, если бы я сказала, что истинная самозабвенная любовь состоит в готовности солгать, обмануть для того, чтобы сделать другого человека счастливым, чтобы создать для него ту реальность, которую он ищет, если ему не нравится та, в которой он живёт.

Любить женщину за её достоинства бессмысленно. Она заслужила это. Это плата, а не дар. А вот любить женщину за её пороки - это и есть настоящий дар, потому что она не заслуживает этого. Любить её за её пороки значит осквернить ради неё все понятия о добродетели, и это является истинной данью любви, потому что ты приносишь в жертву свою совесть, свой разум,свою честность и своё неоценимое самоуважение.

... Мисс Таггарт, я с гордостью могу сказать, что за всю жизнь ни разу не получил прибыли.
Голос Дэгни прозвучал спокойно и торжественно, когда она сказала:
- Мистер Лоусон, мне кажется, я должна Вам сказать, что из всех заявлений, которые может сделать человек, такое я считаю самым позорным.

- Отчего же, могу, - ответил Мидас Маллиган, когда его спросили, может ли он назвать человека более скверного, чем тот, чьему сердцу неведома жалость. - Человек, который пользуется жалостью к себе как оружием.

Видите ли, доктор Стадлер, люди не хотят думать. Чем глубже они погружаются в свои заботы, тем меньше хотят думать. Но подсознательно они чувствуют, что должны думать, и чувствуют себя виноватыми.

Мисс Таггарт, знаете ли вы отличительную черту посредственности? Негодование из-за успеха другого. ... Они завидуют великому свершению, и в их понимании величие - это мир, где все люди заведомо бездарней их самих.

- Послушайте, - медленно произнёс Реардэн, - можно найти оправдание первобытному обществу, где человек каждую минуту ожидает, что его убьют враги, и вынужден защищаться как может. Но нет оправдания обществу, в котором от человека требуют, чтобы он создал оружие для собственных убийц.

- Я увидел их в витрине цветочного магазина, - объяснил Реардэн, когда пришёл. - Мне было приятно смотреть на них сквозь пургу. Но вещь, выставленная в витрине на всеобщее обозрение, теряет всю свою ценность.

-Дитя моё, - сказала "Слезовыжималка", когда в последний раз была у неё; свадебная фата хрустальной волной стекала с волос Шеррил на запятнанные доски пола, - тебе кажется, что человека обижают за его грехи, - и это в какой-то степени верно. Но множество людей попытаются причинить тебе боль за то добро, что увидят в тебе, зная, что это добро, завидуя ему и наказывая тебя за него. Не позволяй этому сломить тебя.

Были времена, когда люди боялись, что кто-нибудь раскроет секреты, которые неизвестны их ближним. Сегодня боятся, что кто-нибудь произнесёт вслух то, о чём все знают.

Если удовольствие одного покупается страданием другого, лучше совсем отказаться от сделки. Когда один выигрывает, а другой проигрывает, это не сделка, а мошенничество. Ты же не поступаешь так в делах, Хэнк. Не поступай так и в личной жизни.

Мужчину всегда притягивает женщина, отражающая его глубочайшее видение себя самого, женщина, завоевание которой позволит ему испытывать - или притворяться, что испытывает, - чувство собственного достоинства.

– Вы действительно считаете, что мы хотим, чтобы эти законы выполнялись? – продолжил доктор Феррис. – Мы хотим, чтобы их нарушали. Вам следует уяснить, что перед вами не команда бойскаутов, и тогда вы поймете, что наш век – не век красивых жестов. Сейчас время силы и власти. Вы вели осторожную игру, но мы знаем настоящий трюк, и вам надо научиться ему. Невозможно управлять невинными людьми. Единственная власть, которую имеет любое правительство, – это право применения жестоких мер по отношению к уголовникам. Что ж, когда уголовников не хватает, их создают. Столько вещей объявляется криминальными, что становится невозможно жить, не нарушая законов. Кому нужно государство с законопослушными гражданами? Что оно кому-нибудь даст? Но достаточно издать законы, которые невозможно выполнять, претворять в жизнь, объективно трактовать, – и вы создаете государство нарушителей законов и наживаетесь на вине. Вот какая система, мистер Реардэн, вот какая игра, и если вы ее поняли, с вами будет намного легче иметь дело.

От справедливости не скрыться, во вселенной нет ничего незаслуженного и безнаказанного – ни материального, ни духовного, и если не наказаны виновные, то расплачиваются невинные.

Думаю, что был бы не против, я имею в виду умереть. Я знаю, это было бы намного легче. Просто я уверен, что сидеть и ждать смерти, ничего не предпринимая, – большой грех.

... нет никчемной работы, а есть никчемные люди, которых не устроит никакая работа.

Но Дэгни хорошо знала, что в самих двигателях, фабриках, поездах нет смысла, что смысл заключается в том, чтобы человек насладился благами этой жизни; ее благоговейный восторг при виде этого невероятного достижения был адресован человеку, который его добился, мощи его гениального прозрения, видевшего мир как вместилище радости, убежденного, что цель, предназначение и смысл жизни – в труде ради достижения собственного счастья.

Как приятно было смотреть, думала она, лежа неподвижно, закрыв глаза, чувствуя, что мысли и образы развертываются тягуче, как время, скрываясь за полупрозрачной кисеей, с каким удовольствием он ест приготовленный мною завтрак; как приятно было знать, что я тем самым доставляю ему чувственное наслаждение, являюсь источником радости для его тела… Вот почему женщине хочется готовить еду для мужчины… конечно, не из чувства долга, не в качестве дела всей жизни, а изредка, как своего рода ритуал, как символ чего-то… Но во что превратили это ревнители женской доли, требующие неукоснительного исполнения ею предначертанного долга?.. Они постановили, что подлинная добродетель женщины состоит в том, чтобы изо дня в день безропотно заниматься нудным, монотонным домашним трудом, а то, что придает этому труду смысл и радость, объявили позорным грехом. Они постановили, что участь женщины – иметь дело с жиром, мясом и картофельными очистками, а ее место – на пропитанной запахами, затопленной паром кухне. В этом она должна видеть духовный смысл своей жизни, моральный долг и предназначение. Когда же она отдается в спальне, то это уступка животному инстинкту, плотская забава, в которой ни одна из сторон не стяжает духовной славы и не придаст своей жизни ни нового смысла, ни значения.

Потерян навсегда лишь тот, в ком угасли стремления.

Собственное мнение по нынешним временам – роскошь, которой никто не может себе позволить.

Люди полагают, что лжец одерживает верх над своей жертвой. Я же понял, что ложь – это акт самоотречения, потому что лжец отдает истину в руки того, кому лжет, превращая этого человека в своего господина, обрекая себя с этого момента всегда выставлять истину в ложном свете, как будет требовать тот, кому он солгал.

Не надо смотреть на мир глазами других, верь своему зрению и разуму, держись своих суждений; ты же знаешь: то, что есть, и есть на деле. Повторяй это, как самую святую молитву, и пусть кто-нибудь попробует внушить тебе другое.

Опыт долгих лет борьбы научил его, что немотивированная вражда не так страшна, как немотивированная забота. За ней всегда крылась опасность.

... вера – есть лишь короткое замыкание, разрушающее разум, желание упразднить сущее и, соответственно, сознание.

Джон Голсуорси "Сага о Форсайтах"

И прежде всего, привыкнув к степенности благополучных браков, они забывали, что Любовь не тепличный цветок, свободное растение, рождённое сырой ночью, рождённое мигом солнечного тепла, поднявшееся из свободного семени, брошенного возле дороги свободным ветром. Свободное растение, которое мы зовём цветком, если волей случая оно распускается у нас в саду, зовём плевелом, если оно распускается на воле; но цветок это или плевел - в запахе его и красках всегда свобода!

- Вы так говорите, - сказал Босини, - как будто они составляют половину Англии.
- Да, половину Англии, - повторил молодой Джолион, - и лучшую половину, надёжнейшую половину с трёхпроцентными бумагами, половину, которая идёт в счёт. Её богатство и благополучие делают возможным ваше искусство, литературу, науку, даже религию. Не будь Форсайтов, которые ни во что это не верят, но умеют извлечь выгоду из всего, что бы мы с вами делали? Форсайты, уважаемый сэр, - это посредники, коммерсанты, столпы общества, краеугольный камень нашей жизни с её условностями; Форсайты - это то, что вызывает в нас восхищение!

Длинная синяя лента, крутясь, поднялась от его сигары и растаяла. "Так вот и мы исчезнем, - подумал он. И не будет больше красоты. Ничего не будет?"

- Откройте ваш секрет молодости, Ирэн.
- Люди, которые не живут, прекрасно сохраняются.

- Странная жизнь у собаки, - вдруг сказал Джолион. - Единственное животное с зачатками альтруизма и ощущением творца.

Человеческая жизнь - это то, что человек приобрёл и что он стремится приобрести. Только дураки думают иначе, дураки и ещё социалисты... да распутники!

Эпоха, так позолотившая свободу личности, что если у человека были деньги, он был свободен по закону и в действительности, а если у него не было денег - он был свободен только по закону, но отнюдь не в действительности; эпоха, так канонизировавшая фарисейство, что для того, чтобы быть респектабельным, достаточно было казаться им.

Но всё же, пока люди не выразят своей мысли вслух, они сами не знают, о чём думают, а иногда не знают и после того, как высказались.

- Никто никого не знает, - упрямо сказала Флёр. - Чем лучше люди относятся, тем меньше они знают; и никакого значения не имеет, что они, в сущности, думают.

В каждом человеческом улье можно найти людей, как бы предназначенных служить объектом пересудов - может быть потому, что вся жизнь их проходит по особо изогнутой кривой.

- Поживите с моё и увидите, что при желании всегда можно найти повод волноваться.

- А можно вас спросить, сэр, во что вы сами верите?
- Верю в то, во что отцы наши верили. А теперь люди слишком многого ждут от жизни; им неинтересно просто жить.

Михаил Шолохов "Тихий Дон"

Одной правды нету в жизни. Видно, кто кого одолеет, тот того и сожрёт...

Лишь трава растёт на земле, безучастно приемля солнце и непогоду, питаясь земными жизнетворящими соками, покорно клонясь под гибельным дыханием бурь. А потом, кинув по ветру семя, столь же безучастно умирает, шелестом отживших былинок своих приветствуя лучащее смерть осеннее солнце...

Несомненно, основным пороком Андреянова была болтливость, та старческая, безудержная и страшная болтливость, которой страдают некоторые словоохотливые и неумные люди, достигшие преклонного возраста и ещё смолоду привыкшие судить обо всём легко и развязно.
Любил я книги, выпивку и женщин.
И большего у бога не просил.
Теперь азарт мой возрастом уменьшен.
Теперь уже на книги нету сил. ©
Демократия - это воздушный шар, который висит у вас над головами и заставляет глазеть вверх, пока другие люди шарят у вас по карманам. © Бернард Шоу

Фредерик Стендаль "Красное и чёрное"

Только дурак может сердиться на других...

Слово дано человеку, чтобы скрывать свои мысли. Преподобный отец Малагрида

Никакого естественного права не существует. Это словечко - просто устаревшая чепуха, вполне достойная генерального прокурора, который на днях так домогался моей головы, а между тем прадед его разбогател на конфискациях при Людовике XIV. Право возникает только тогда, когда объявляется закон, воспрещающий делать то или иное под страхом кары. А до того, как появится закон, только и есть естественного, что львиная сила или потребность живого существа, испытывающего голод или холод, - словом, - потребность... Нет, люди, пользующиеся всеобщим почётом, - это просто жулики, которым посчастливилось, что их не поймали на месте преступления.

Хулио Кортасар "Игра в классики"

Думать, будто действие способно наполнить до краёв или будто сумма действий может составить жизнь, достойную таковой называться, - не что иное, как мечта моралиста.

Так они и жили, Пани и Джуди, притягиваясь друг к другу и отталкиваясь, как и следует, если не хочешь, чтобы любовь кончилась цветной открыткой или песней без слов.

Сам по себе беспорядок имеет смысл, если человеку хочется уйти от себя самого; через безумие, наверное, можно обрести рассудок, если только это не тот рассудок, который всё равно погибнет от безумия.

Со всеми происходит одно и то же, статуя Януса - ненужная роскошь, в действительности после сорока лет настоящее лицо у нас - на затылке и взгляд в отчаянии устремлён назад.
...
И это естественно. Загвоздка в том, что естественное и действительное почему-то вдруг становятся врагами, проходит время - и естественное начинает звучать страшной фальшью, а действительное двадцатилетних и действительное сорокалетних начинают отталкивать друг друга локтями, и в каждом локте - бритва, вспарывающая на тебе одежду. Я открываю новые миры, существующие одновременно и такие чуждые друг другу, что с каждым разом всё больше подозреваю: худшая из иллюзий - думать, будто можно находиться в согласии.

Мы сгораем в том, что творим и создаём сами, в этом наша губительная и сказочная слава и гордый вызов несгорающему фениксу.

Заговорив о снах, мы почти одновременно обратили внимание на то, что во сне нам иногда снится такое, что наяву выглядело бы обычной формой безумия. Во сне нам дано безвозмездно упражнять наши способности к безумию. И мы заподозрили, что всякое безумие есть закрепившийся в яви сон. Народная мудрость: с ума сошёл или тебе приснилось...

Ложная деятельность почти всегда бывала самой броской и именно её венчали уважение, почётъ, а подъ конецъ - монументъ въ виде конной статуи.

Многие полагают, будто любовь состоит в том, чтобы выбрать женщину и жениться на ней. И выбирают, клянусь тебе, сам видел. Разве можно выбирать в любви, разве любовь - это не молния, которая поражает тебя вдруг, пригвождает к земле посреди двора? Вы скажете, что потому-то-и-выбирают-что-любят, а я думаю, что борот-нао-.

Тревелер верил и надеялся, но всё меньше и меньше. Сны повторялись, но каждому свои. Головы засыпали, касаясь друг друга, и в каждой поднимался занавес над совершенно разными подмостками. Тревелер подумал с улыбкой: они с Талитой напоминают два кинотеатра, что на улице Лаваль в соседних домах, и оставил надежду. Теперь он уже не верил, что случится то, чего он так желал, и он знал, что если нет веры, то и вовсе не случится. Он знал: без веры ни за что не случится то, что должно было бы случиться, а с верой - тоже почти никогда.

Маргарет Митчелл "Унесённые ветром"

Войны всегда священны для тех, кому приходится их вести, - сказал он. - Если бы те, кто разжигает войны, не объявляли их священными, какой дурак пошёл бы воевать? Но какие бы лозунги ни выкрикивали ораторы, сгоняя дураков на бойню, какие бы благородные ни ставили перед ними цели, причина войн всегда одна. Деньги. Все войны, в сущности, - драка из-за денег. Только мало кто это понимает. Все слишком оглушены фанфарами, барабанами и речами отсиживающихся в тылу трибунов.

Верить - это священный долг каждого. А тот, чьё вероломство лишило его этой веры, должен хотя бы из чувства приличия держать язык за зубами.

... да женщины, по-моему, могут всё на свете, и никакой мужчина им не нужен, разве только чтоб делать детей. А уж что до этого, то, право же, ни одна женщина, если она в своём уме, не станет по доброй воле заводить ребёнка.

Влияние - это всё, Скарлетт. Помните об этом, если Вас арестуют. Влияние - это всё. А проблема вины и невиновности представляет чисто академический интерес.

Плох тот человек и плох тот народ, который сидит и льёт слёзы только потому, что жизнь складываются не так, как хотелось бы.

Если Вы не как все, то всегда будете одиноки - всегда будете стоять в стороне не только от Ваших сверстников, но и от поколения Ваших родителей, и от поколения Ваших детей. Они никогда Вас не поймут, и что бы Вы не делали, это будет их шокировать.

Кошечка моя, люди могут простить почти всё - прощают лишь тем, кто не интересуется чужими делами.

Жизнь не обязана давать нам то, чего мы ждём. Надо брать то, что она даёт, и быть благодарным уже за то, что это так, а не хуже.

... счастье возможно лишь там, где схожие люди любят друг друга.

Колин Маккалоу "Поющие в терновнике"

Совершенство в чём бы то ни было - скука смертная! Что до меня, я предпочитаю толику несовершенства.

Старость - самое жестокое мщение, которое на нас обрушивает мстительный бог. Почему он заодно не старит и наши души?

... непрерывный чисто физический труд - самая прочная преграда, какую способны воздвигнуть люди, чтобы не давать себе по-настоящему мыслить.

Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.

Зачем мы скорбим? Тебе посчастливилось, что ты так рано ускользнул от этой безрадостной жизни. Быть может, это и есть ад - долгий срок земного рабства. Быть может, сужденные нам адские муки мы терпим, когда живём...

Николай Чернышевский "Что делать?"

Я сердит на тебя за то, что ты так зла к людям, а ведь люди - это ты: что же ты так зла к самой себе. Поэтому я и браню тебя. Но ты зла от умственной немощности, и потому, браня тебя, я обязан помогать тебе.

Вы называете меня фантазёркою, спрашиваете, чего же я хочу от жизни? Я не хочу ни властвовать, ни подчиняться, я не хочу ни обманывать, ни притворяться, я не хочу смотреть на мнение других, добиваться того, что рекомендуют мне другие, когда мне этого не нужно. ... Я хочу быть независима и жить по своему; что нужно мне самой, на то я готова; чего мне не нужно, того не хочу и не хочу. Что нужно мне будет, я не знаю; вы говорите: я молода, неопытна, со временем переменюсь, - ну, что ж, когда переменюсь, тогда и переменюсь, а теперь не хочу, не хочу, не хочу ничего, чего не хочу!

Так не следует жить людям, как они живут: все вместе, все вместе. Надобно видеться между собою или только по делам, или когда собираются вместе отдохнуть, повеселиться.

Если человек думает "не могу", - то и действительно не может. Женщинам натолковано: "вы слабы" - вот они и чувствуют себя слабыми, и действительно оказываются слабы.

Кто работает, тому некогда ни пугаться, ни чувствовать отвращение или брезгливость.

Агата Кристи "Убийства по алфавиту"

In a well-balanced, reasoning mind there is no such thing as an intuition - an inspired guess! You can guess, of course - and a guess is either right or wrong. If it is right you call it an intuition. If it is wrong you usually do no speak of it again.
But what is often called an intuition is really impression based on logical deduction or experience.

В хорошо сбалансированном, склонном к рассуждениям уме нет такой вещи, как интуиция - вдохновенная догадка! Вы можете догадаться, конечно - и догадка является либо правильной, либо неправильной. Если она правильная, вы называете её интуицией. Если она неверная, вы обычно снова о ней не говорите.
Но то, что часто называют интуицией, является на самом деле впечатлением, основанным на логической дедукции или опыте.

Карлос Кастанеда

"Учение дона Хуана: Путь знания индейцев яки"

На людей сердишься, когда чувствуешь, что их поступки важны.

"Отдельная реальность"

- Ты думаешь о себе слишком много, - сказал он и улыбнулся, - а это даёт тебе странную усталость, которая заставляет тебя закрываться от окружающего мира и цепляться за свои аргументы. Поэтому проблемы - это всё, что у тебя есть.

Чувство собственной важности делает человека тяжёлым, неуклюжим и пустым.

Горюй и думай прежде, чем ты сделаешь какое-либо решение, но если ты его сделал, то будь на своём пути свободным от забот и мыслей.

"Искусство сновидения"

- Существует два основных варианта отношения к жизни, - ответил он.
- Первый - покориться ей, либо приспосабливаясь к её требованиям, либо с ними сражаясь. Второй - формирование своей жизненной ситуации сообразно своим собственным планам.

Сила и уникальность - несокрушимые развращающие факторы.
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4