За что Раша зовут Эрготским Монстром.

Он промахнулся. Оказался слишком самонадеян и уверен в себе. Не стал добивать врага, посчитав, что тот оценит данный ему шанс. А тот потянулся к флекс-гранате. Взрыв не прогремел, он негромко всхлипнул за спиной Раша, швыряя всю свою мощь в уже шагнувшее на Тропу тело. И произошло невиданное. Иномирье поглотило большую часть взрыва, но и того, что осталось, иноходцу хватило с лихвой. Последней мыслью в заполненном болью мозге, было подсознательное желание оказаться в безопасности. И Тропа выбросила местами сожженное, лишенное части плоти тело в огород Бабушки Мишуок. Он находился в состоянии, похожем на кому, медленно умирал, не в силах даже пошевелиться. Он не чувствовал, как нашедшая его Мишуок, волокла его на себе домой. Не слышал, как она рыдала по ночам над его кроватью, поддерживая жизнь в том, кого любила как родного сына, лишь своей магией и отварами, которыми щедро поливала бинты. Не видел, как убивался Фрол Силыч, как хватался за голову и проклинал себя за то, что отпустил «мальчишку» одного.

И Мишуок и Фрол не раз рисковали жизнью, отправляясь в Спящий лес за редкими кореньями, силясь хоть как-то помочь тому, кто был жив только благодаря их стараниям. И все время, пока их не было с ним, рядом была Мэй. Не смея прикоснуться, сидела рядом и говорила, говорила, говорила… Но ничего из ее слов до иноходца не долетало – разум его метался где-то внутри, в клетке из сплошной боли.
Они пришли чуть позже рассвета. Пара десятков закованных в железо воинов.
Отпихнув бабушку Мишуок, бригадир и его ближайшие телохранители прошли внутрь комнаты, где медленно умирал «упырь». Мэй бросилась им навстречу, но тут же отлетела к печке, получив удар облаченной в тонкую кожу перчатки.
И вот это было ошибкой. Тонущий в бездне своей боли иноходец, уловил обожженными чувствами среди своей боли, боль чужую и рванулся ей навстречу как к единственному маяку.
Первым закричал солдат. Он увидел как обожженный, исполосованный ранами труп, до этого лежавший на кровати, приподнялся, с противным хрустом отдирая окровавленную простыню. Он не встал, а просто неуловимым движением перетек из лежачего положения в стоячее и протянул руку со скрюченными, почти лишенными плоти пальцами к ним.
Первую жизнь он забрал сразу – втянул прикосновением, заглушая собственную боль и пуская малейшие частицы энергии на хоть какое-то, но восстановление.
Их было трое и каждому их них выпало дать ему то, что ему сейчас было так нужно. Первый – энергию для смягчения сожженных тканей и возможность двигаться быстрее. Второй – соединение разорванной во многих местах плоти. Третий – почти полное восстановление кожи.
И к остальным с крыльца спустился уже более менее человек, по крайней мере, нечто похожее на него, если не считать не до конца заживших ран и черной дымки, мечущейся в широко открытых глазах.
На то, чтобы забрать еще полтора десятка жизней у него ушло одиннадцать секунд. Но были и другие. Те, кто искал его. Те, кто прислал сюда этих людей. Те, кто дал им задание уничтожить «тварь» любой ценой и убить всех свидетелей.
И чтобы обеспечить безопасность тех, кто спас его от большего, чем смерть, все эти люди должны были перестать существовать. Иноходец улыбнулся и открыл первую Тропу.
В его списке было восемьдесят два человека. Последнему из них жить оставалось четыре с половиной часа.
Комментарии: 3
you_la
о) черт возьми, я хочу почитать все это единой повестью!
а то только втягиваешься в сюжет, а он уже фшшш-фсе(
Dart
К великому моему сожалению, книга "По следам Иноходца" только в стадии написания. )
Но ко мне всегда можно обратиться за разными чудесами Иномирья и отказываю я крайне редко ))
you_la
ты главное пиши, пиши, а то забьешь и пропадет это все.

Добавить комментарий

Имя:
Комментарий:
Текст
Вставка
Шрифт
размер
Введите пожалуйста число с картинки:
Незарегистрированные пользователи не могут видеть свои приватные комментарии.