Страницы: 1 | 2 | 3

сильно

- Здорово Сань... Ну у тебя и лицо. Прям, как у того ротвеллера. Бухал небось вчера? Хе-хе... Впервые ты до меня с женой своей дошел. Я и забыл уже как Ирка выглядит.

- Славик! Припёрся старый хуй. Цветочки бля, принёс. Не пожалел бабла, судя по букету. А еще неделю назад когда я тебе позвонил в надежде перехватить пятерку грина ты очень вежливо послал меня нахуй. Образно конечно... Но очень неприятно.
Да ладно, Славк. Хуй с ним. Я тебя понимаю особенно когда ты вот тут сейчас лепишь на ухо моей жене про то какой я был ниибацца друг и какой заебатый парень.
[cокращено]

Сильно

— Товарищ военврач, дайте мне справку, что я дурак.
— ??
— Я машину угнал.

Старший лейтенант морской пехоты Виктор Мамочка влюбился в пулемет имени Калашникова.
— Ты мой красавчик, — ласково произносит Мамочка и гладит здоровенной ладонью казенную часть. — Скоро домой поедем. Все, отвоевали, брат…
Мамочка носил ботинки сорок восьмого размера; ботинки прохудились, и Мамочка, не найдя такого же размера, мучался, и от того у него портился характер. Он напяливал сверху уставного дранья чулки от комплекта ОЗКа, туго обматывал в голени. Так и воевал. Солдаты над ним не смеялись. Мамочка в бою схватился с одним врукопашную: голову вывернул в обратную сторону, и шея стала сантиметров на двадцать длиннее у бородача.

Пулеметчика, уже третьего по счету, в его роте убило. В том же бою, вернее, после боя к нему в дом — чей-то брошенный дом с кухнями, сковородами и цветастыми плетеными половичками — бойцы разведчики приволокли пленного и пулемет.
— В расход! — рявкнул Мамочка. Его рота за неделю боев в Грозном убавилась в солдатском поголовье на тридцать пять душ.
Пленного вывели.

Мамочка подошел к столу в центре комнаты; на столе стоял, раскорячившись сошками, трофейный пулемет. Мамочка погладил пулемет по затворной раме, потрогал патроны в ленте.
На улице близко от дома стрельнули — очередь и одиночный.
— Правильно, для контроля в голову. Научились.

Мамочка подставил под зад табуретку присел и стал внимательно разглядывать части пулемета: приклад, ствол, казенник. В училище Мамочка стрелял лучше всех, и в военном округе Мамочка тоже стрелял лучше всех. Мамочка стрелял так, как никто другой: имел уникальной твердости руку и хладнокровие — такое, как в анекдоте: мог сам себе наступить на причиндалы и потом медленно с умным выражением убирать ногу. Мамочка откинул крышку ствольной коробки, вынул ленту из лентоприемника, из коробки вытянул почти в метр длины. Рассматривает. Грамотно заряжена лента: бронебойный патрон, за ним — обыкновенная пуля с легким сердечником, третья — трассер.
— Дострелялся, гадюка.
Пленный бородач-пулеметчик, что валялся во дворе у забора, накрошил десятка два его морпехов.

Вот он, этот пулемет, в Мамочкиных теперь руках.
Хороший пулемет — это, как тонко настроенная гитара; пулеметчик — как лабух задушевник: что ни сыграет, народ стонет в экстазе, деньги сыплет горстями. Тот бородач из своего пэка наиграл на много поминальных маршей…
В дом ввалились солдаты, один заглянул в комнату к старшему лейтенанту.
— Товарищ старший лейтенант, там… говорят, штаб накрыли полковой. Граната в окно влетела, так всех штабных порвало.
— Чей?
— Не наш, точно…
— Ну и хули?
— Виноват, тащ…
— Тушенки притащи и кипятку.
Бросив ленту, Мамочка разобрал пулемет, разложил перед собой в строгом порядке слева направо: отверточки, ершики, масленки, шомпол и кучу тряпочных полосочек, таких, как старшина выдавал на подшивку. Он вынул ствол и стал глядеть в него, как в подзорную трубу, — что-то разглядел, пробормотал невнятное.
Сзади тихо подкрался солдат с кипятком и тушенкой. Если старший лейтенант занялся оружием, лучше его не тревожить — обидится. Офицеры, кто остался еще вживых, к Мамочке заходили редко… Удивлялись: другой в его возрасте ни одной юбки мимо не пропустит, ни одной кривой кособокой медсестры вниманием не обделит. А этот? Пострелять бы ему, да так, чтоб с любого вида: да так, чтобы и навскидку, и с колена, и на бегу. И с ночным прицелом, мама, не горюй! Вот это дело! И дома такой же был: двадцать четыре года дубинушке, а подруги старший лейтенант Мамочка так и не завел. Солдат оставил еду с водой: положил на банку полбуханки ссохшегося черного хлеба.

Когда убили первого летеху из роты Мамочки, все стояли над телом, кто-то плакал, офицеры потом пили водку. Мамочка взял автомат и ушел в город, когда вернулся, сказал, что застрелил троих бородачей и одну бабу. За летеху. Потом и остальные научились: кому-то понравилось, кого-то сразу убило. Быстро привыкли к войне.
— Озэка почисть, если где дыра, новые тащи, — не разгибая спины, рявкнул Мамочка.
Солдат вздрогнул, шатнулся об косяк. Зачесал ушибленное. Схватил огромные, вымазанные грязью бахилы.

Пулемет Мамочке понравился.
Он вычистил ствол, протер маслом затворную раму с затвором, что-то внутри поковырял, такое, что одному только Мамочке и было нужно поковырять, отверточками покрутил. Ленту вправлять не стал, сошки газетой насухо вытер. Доволен Мамочка, по всем приметам пулемет шикарный: даже планка была для прибора ночной стрельбы. Почесал Мамочка затылок; курнул, тушенку проглотил, хлебный ломоть съел в два укуса, все залил остывшим кипятком. И придумал…
На следующий день случилось затишье между боями.
Мамочка испортил единственную табуретку в доме: наколотил гвоздей, подложил дощечек, камушков — стал на табуретке выверять, пристреливать трофейный пулемет.

Сам себе Мамочка был и зампотех и зампотыл. В объемном солдатском рюкзаке хранил Мамочка все самое необходимое офицеру на войне: воинский устав, пистолет ТТ со сбитым номером, три вида плоскогубцев, шурупы с дюбелями, четыре тротиловые шашки с запалами, капитанские погоны в целлофане на резинке, кальсоны со склада, шапку-пыжик с крабом на парад Победы, но главное, прибор для ночной стрельбы. Этот прибор Мамочка и приспособил на пулемет.

Народ обтряхивался, пока затишье: солдаты обновляли гардероб — вырезали на портянки лоскуты из хозяйских простыней и кухонных полотенец. Мамочка решил пристрелять трофейный пэка. Выбрал место и стал искать, куда бы стрельнуть. Когда же стрельнул с сотни метров по кирпичику с белым пятнышком, то охнул от удивления Мамочка. Вот это кучность! Редкого качества достался Мамочке ствол; он вдруг всем громадным морпеховским телом ощутил к этому пулемету пока неясные, но такие, светлые и теплые чувства, что тут же и решил его опробовать в деле.
Как стемнело, собрался Мамочка: сунул в карман ТТ без номера, отвертку, нож, взвалил на плечо пулемет, лентами обмотался. Стал как революционный матрос с “Авроры”. Взял с собой одного бойца, чтобы тыл прикрывал, и потопали они в город. Ночью Грозный еще ничего — дряни всякой не видно, зато горит красиво, полыхает то тут, то там. Или трассеры морзянку строчат на небе. Мамочка любил на огонь смотреть. Но своим запрещал разводить костры: однажды развели, снайпер троих положил. Таскали солдаты за собой самодельную “буржуйку” с трубой.
Выбрал Мамочка позицию: вперед — улочка кривая, справа площадь-пятачок, за спиной домишки одноэтажные, там его рота и штаб батальона. Включил ночник и, затаив дыхание, стал “щупать” квартал. Сразу и нарвался…
Бородатые шли в полный рост, не таясь и не пригибаясь, их было много, Мамочка сразу полтора десятка насчитал. Боец сзади притих — не шелохнется.
— Кс-кс… — позвал Мамочка. Боец сопит за спиной. — Дуй в расположение, скажи, чтоб наводили по квадрату… Я останусь. Вали… Когда остался Мамочка один, ждать больше не стал. Первым взял на галочку гранатометчика, тот присел на колено и целился уже. “Граната в окно влетела, так всех штабных порвало”, — вспомнил Мамочка. Обиделся на себя, что не о том думает, вдавил приклад в плечо, галочку — на лоб, и плавно нажал на курок. Выстрел.
— Т-дух!
Стрекануло сразу в ответ. Гранатометчик завалился. Мамочка, не обращая внимания на грохот и свист над головой, стал методично по одному валить наступающих.
— Т-дух… т-дух… т-дух!
— Третий, четвертый… шестой… восьмой, — считал Мамочка, быстро наводил галочку и нажимал снова на курок. — Десятый… Ну, понеслась.
Мамочка, сорвавшись с места, перебежал в сторону, кинулся грудью на кирпичи, и из-под стеночки поваленной стал бить короткими очередями. Бронебойный, обычный, трассер… бронебойный, обычный трассер… Полетели снаряды из наших тылов. Загорелось красиво: руки, ноги полетели. Вопли, проклятия!
Нравится Мамочке смотреть на огонь…
Два, может, три десятка бородачей навалил в том бою старший лейтенант Мамочка.

Представили Мамочку к ордену.
Яростные новогодние девяносто пятого года бои в Грозном перетекли в затяжные до марта. В середину весны собрался Мамочка домой со своим батальоном. Меняли их. С трофейным пулеметом Мамочка не расставался: спать ложился — стелил под пулемет половички цветастые или простыни от бывших хозяев, ставил пулемет на сошки, устраивался рядом.
— Ты мой Красавчик, — Мамочка гладил казенную часть, приклад, потом накрывал пулемет чистой тряпицей и засыпал сам с блаженной улыбкой.
Вышли из Грозного без потерь, погрузились, встали колонной и пошли на Север, домой. Затосковал Мамочка. Водку как другие не пьет, думает, как же быть ему, ведь придется сдавать трофейный пулемет. — Шиш, вам! Не отдам Красавчика, — решил Мамочка: разобрал пулемет на запчасти, рассовал в рюкзак; ствол не помещался, он его к спине пристроил — под бушлат. Неудобно. Терпел Мамочка неудобства.
Обо всем забыл: про орден, что домой едет. Пулемет спасти от чужих рук — вот главное! Разве можно, чтоб такое оружие доставалось кому попало?! Он много уже слышал о предательстве на этой войне, сам видел, как выпускали боевиков, обреченных, зажатых в клещи. Бородатые уходились и смеялись им в лицо… Нельзя оставлять пулемет, нельзя! Такое оружие за наших должно воевать.
Сильно полюбил Мамочка своего Красавчика — до самого сердца пробило его. Ничего Мамочка в жизни не боялся, а как ехали они домой эшелонами, трясся, что отберут у него Красавчика. Зря трясся. Бардак великий начался, такая неразбериха — кому он со своим пулеметом сдался!

Добрался Мамочка до места дислоцирования родной части — до Крайних Северов.
Получив положенный отпуск, махнул Мамочка в город-герой Волгоград к двоюродному братцу с мыслью: чтоб пообтрястись с долгих дорог, пожить шикарно с военно-морским удовольствием. Потом уж к матери в Михайловку. Братец охал и ахал, а потом примолк и дверь на щеколду замкнул. Мамочка собирал пулемет: ленту вправил, тельником чистым прикрыл сверху.
— Что это? — спросил братец.
— Пулемет имени Калашникова, — с добрейшей улыбкой ответил Мамочка. — Хочу водки выпить и баб.
— Лучше убрать его, — братец на пулемет кивает.
— Давай тебе в багажник, может, когда постреляем. Я тебе покажу, что значит кучность.
Братец, чертыхаясь, отдал ключи от “копейки”.
— За общагой стоит. Когда стемнеет — надо, а то увидят.
— Чего бояться? Мы ж за наших.
Пулемет уложили в багажник. Вечером в общаге собралась компания. Гуляли красиво. Мамочка пел под гитару и все пристраивался к розовощекой блондиночке с кукольными губками-бантиками. Блондиночка, когда стали танцевать, уперлась лбом как раз Мамочке в живот. Мамочка обхватил партнершу огромными лапищами и наступил новыми сорок восьмого размера ботинками ей на туфли. Блондиночка ойкала, но не вырывалась. К середине ночи стало совсем хорошо. Мамочка в темном коридоре напробовался малиновой помадки с кукольных губ. Мягкой блондиночка была. Терпеливая. Дыхание затаивала, когда Мамочка прижимал ее к своему морпеховскому прессу. И проникся Мамочка.
— Поехали, постреляем. Хочешь?
Блондиночка счастливой себя почувствовала — такой красавец ее вниманием одарил.
— Хочу.
Выскочили они на улицу. Мамочка — в машину, блондинка — рядышком. Заводить, а “копейка” не заводится, чихает и кряхтит. Заюзил Мамочка аккумулятор — сдох тот.
— Не боись, — Мамочка с собой поллитру прихватил, из горла отхлебнул.— А эта чья?
Дай Мамочке “камаз”, он и его бы завел с толкача, такая силища в старшем лейтенанте образовалась. Что там “восьмерка!” Жидкая машиненка. Мамочка стекло высадил, поковырялся под рулем. Блондиночка задохнулась от возбуждения, сигаретку губками пухлыми мусолит. Взревел мотор.
— А ты меня стрелять научишь? Ой, только я боюсь.
— Мы же за наших. Не бойся. С нами Красавчик…


В дежурной части Краснооктябрьского отделения милиции города Волгограда собралось человек десять. Дежурный, опера, замначальника, омоновцы в серых камуфляжах, все курили в полном тревожном молчании. Надымили — не продохнуть. На столе дежурного, растопырив сошки, стоял пулемет.
— Пэка, — задумчиво произнес один из омоновцев.
— И что теперь делать? — спросил замначальника; он потер щеку и заслезившийся левый глаз. — Наши потери?
Дежурный, заикаясь и кривясь не то от табачного дыма, не то от подступающей неудержимой икоты, зачитал с листка:
— “Наряд, выехавший на место, откуда слышалась стрельба, в район карьера Вишневая балка, обнаружил гражданина с пулеметом Калашникова, который пытался спрятать пулемет в багажник автомобиля ВАЗ-2108, как позже выяснилось, не принадлежавшего этому гражданину. Мужчина отказался предъявить документы, пытался обнять и поцеловать сержанта… После того, как к подозреваемому были применены спецсредства... наряд получил ранения и травмы различной тяжести”. Хрюкнул один из омоновцев, хрюкнул дежурный, захрюкали опера.
Замначальника хотел строго глянуть — но не получилось — посмотрел на всех с тоской и ненавистью.
— Дальше.
Дежурный больше не хрюкал, но читал, уткнувшись в протокол, так, чтобы лица его не было видно.
— “Подозреваемый стал укладывать сотрудников милиции в машину…” — В ка-ку-ю? — по слогам уточнил замначальника.
— В машину наряда, — у дежурного задрожали плечи, омоновцы отворачивались, опера кашляли и тушили бычки в пепельницу. — “Оказав первую помощь… подозреваемый принялся докладывать в рацию, что у него трое “трехсотых” и нужна “вертушка”…”

Замначальника застонал и опустился на стул. Омоновцы стукнулись лбами друг об друга. Опера, скорчившись, плакали. Из коридора в дежурку рвались послушать еще человек пять. На пульте дежурного бешено пиликали телефоны.
— “Выехавшему на подмогу наряду было дано указание в случае необходимости применять оружие. Когда наряд сообщил, что прибыли на место, связь с нарядом прервалась. После этого вновь был доклад от подозреваемого, что все семеро раненых находятся в удовлетворительном состоянии… и что он не покидает места, ждет транспорт для эвакуации…”
Задрожали стекла, упала со стола пепельница, рассыпались бычки под ноги замначальника. Рыдало все отделение, даже “раненый” наряд.

Замначальника молчал, дежурный дочитывал, заикаясь.
— “Подоспевшей группе немедленного реагирования и областному ОМОНу удалось задержать мужчину, который по документам оказался старшим лейтенантом морской пехоты Виктором Мамочкой…” Замначальника судорожно вспоминал телефоны военной комендатуры, гауптвахты, следственного изолятора, городского ОВД, адвокатской конторы “Адвокат”, свой домашний и тещи. Но вспомнил только телефон пожарной части 01.

— “Виктор Мамочка, — продолжал дежурный, — исходя из объяснительной самого гражданина Мамочки, выведенный две недели назад в составе батальона из Грозного, отмечал свое представление к ордену Мужества за проявленную в боях с врагами Родины смекалку, вследствие которой, цитирую: “понизился численный состав врагов Родины, — дежурный посерьезнел, притихли остальные вокруг, — …где-то на тридцать гадов”. Число и подпись гражданина старшего лейтенанта Мамочки. Да… в конце приписал, что просит вернуть ему пулемет, добытый им в бою. Никто из сотрудников не произнес больше ни звука.

За окном светало.
Военврач, начальник “гнойной хирургии” подполковник Томанцев, сидел за столом в своем кабинете, перед ним лежал чистый лист бумаги. Томанцев взял ручку и написал: “Справка. Выдана старшему лейтенанту Виктору Мамочке в том, что он…”
Подполковник задумался.

За окном жарило весеннее солнце. Он встал, подошел к окну и распахнул створки настежь: чудная весна пришла в волгоградскую степь — с тюльпанами и запахами цветущих акаций.До майских оставалось каких-нибудь две недели, и Томанцеву уже сообщили из верхних командований, что ко Дню Победы пройдут мероприятия. Ему необходимо подать списки, сколько у него раненых в отделении, чтобы спонсоры не ошиблись с количеством подарков. Томанцев хотел нажаловаться, что не хватает койко-мест, но его и слушать не стали — праздник на носу, пришло время чествовать героев, с койками потом разберемся.
А тут еще дочь Лиза со своими справками…
Глупость несусветная!
Томанцев энергично шагнул к столу и, скомкав листок, бросил его под стол в урну. Закурил. Включил чайник в розетку.
Зашел в кабинет старший ординатор с черными кругами вместо глаз. Они второй месяц без выходных: они стали пить спирт, как будто только что вернулись капитанами из Афганистана.

Старший ординатор сказал, что прибывает очередной борт из Моздока. Томанцев кивнул. Старшой затравлено огляделся по кабинету и остановил взгляд на шкафчике с затемненными стеклами дверец, сглотнул слюну. Спросил, что за громила в черном берете дожидается у дверей. Ноги растопырил — не пройти. И лицо у него глупое. Когда он вышел, Томанцев снова положил перед собой чистый лист. “Не смотри, старшой, подарочный коньяк весь вышел еще в первую неделю. А спирт тоже ничего, даже полезней”.
Разные справки приходилось выписывать Томанцеву, но такую в первый раз.

Дочь Лиза работала в его госпитале: проходила практику от своего мединститута. Практика закончилась, а Лизка осталась операционной медсестрой в его “гнойной хирургии”. Ей госы сдавать, шестой курс, а она шкуры горелые обдирает, культи ворочает, гнойники вскрывает, утки подает. Настырная девка, непутевая — его порода.
Прибежала Лизка и кричит, что у ее жениха аспиранта сосед по общежитию плачет навзрыд. Брата его могут посадить в тюрьму. Брат вернулся из Грозного и что-то натворил, попал в милицию. Ему теперь нужна справка, такая справка, чтобы все поняли, что он не виноват ни в чем…

Кипел, парил чайник.

Томанцев написал: “Справка. Выдана…” Вдруг подуло из открытого окна. Белый лист подхватило ветерком и сбросило на пол.
— Доктор, выдайте мне справку, что я дурак.
— ??
— Я угнал машину, подрался с милицией. И еще… у меня отобрали пулемет.

Взято отсюда!

Чарли

Детский пальчик нажал на телефоне кнопку вызова, и, убедившись, что пошёл вызов абонента «Мама», приложил трубку к уху. И вновь, уже который раз за сегодня, из динамика донеслись монотонные длинные гудки, после которых начал говорить холодный механический голос. Мальчик нажал на отбой и посмотрел на небольшого коричневого спаниеля, лежавшего рядом с ним на полу.
- Не переживай, Чарли! – Ласково проговорил малыш, присев рядом с собакой и поглаживая её по голове. – Мама обязательно перезвонит, а потом что-нибудь придумает. Мама у нас знаешь какая умная.
Спаниель посмотрел на мальчика печальными глазами, медленно подняв голову, и обессиленно уронил её на лапы. А гладящий его ребёнок, увидев это, вытер ладонью увлажнившиеся глаза и вновь принялся набирать маму.
[cокращено]

ПАМЯТИ МАЛЕНЬКОЙ ДЕВОЧКИ.


Этот текст не для слабонервных. И я знаю, о чём говорю. Даже меня, здорового мужчину, перекашивало, когда я его писал. Так что эмоционально неустойчивых и беременных настоятельно прошу дальше не читать.
Но некоторые вещи нужно знать. Их нужно помнить всегда...

[cокращено]

И после этого они хотят, что бы небыло погромов.

http://web.stagram.com/p/455726807925725271_260955581


МАКСИМАЛЬНЫЙ РЕПОСТ!
Господа знатоки, такая ситуация....в инстаграмме рамзана кадырова опубликована пост примерно следующего содержания ВОТ МОЛ ОБРАТИЛСЯ КО МНЕ БЕКХАН ИБРАГИМОВ С ЖАЛОБОЙ НА МЕСТНЫХ ЧИНОВНИКОВ И ТД И ТП, ПАСПОРТ ПОЛУЧИТЬ НОРМАЛЬНО ВИДИТЕ ЛИ НЕ МОЖЕТ и вместе с тем прилагаются 2 фото, на одном из которых непосредственно гражданин ИБРАГИМОВ. Внимание вопрос: это вообще нормально, что "человек", получивший 6,5 лет в ноябре 2011 года за нападение вместе с АХМЕДПАШОЙ АЙДАЕВЫМ за нанесение телесных повреждений двум людям уже на свободе и спокойно получает паспорта и не парица?! напомню, если кто забыл, его коллега убил Юру Волкова!!! Может и второй уже на свободе то?! Есть у кого либо сведения и тд?!

Еще пару историй)

Миша Авто-стопщик или дорога из Харькова.

Так уж получилось, что половину праздников провел в Незалежной Украине в чудесном городе Харьков, где по воле случая ремонтировал свое авто. И вот все сделано, мотор запущен можно ехать. На границе Украина-Россия подсаживаю к себе человека который авто-стопом едет из Крыма, как говорят психологи самые правдивые и душевные разговоры получаются именно с такими попутчиками, так как с этими людьми скорее всего ты уже никогда не встретишься))) Знакомимся и начинается разговор « за жили-были» мой собеседник оказался обычным Московским парнем который гнил в офисе, но в один момент плюнул на все и решил посмотреть мир так как всех денег не заработаешь, а время идет... И пустился в самые отважные путешествия именно авто-стопом так как это и весело, но и адреналина своего у них то же хватает. Самое забавное, что именно в таком формате знакомства нет никаких преград для разговоров, не надо выбирать слова или сдерживать мысли, а просто говорить то что думаешь и хочешь сказать и все... Итак пробежимся немного по темам разговоров за 8 часов нашего совместного пути.

[cокращено]

2002 год

Орел-Калуга и Подольск.

2002 год.

В то время очень многие парни живущие в области и имеющие под боком клуб первого или второго дивизиона, очень часто выезжали именно за этот клуб. Так как в провинции все было по другому, особенно если фанаты этих клубов не вели войн, а дружили. Так уж исторически сложилось, что Калуга вела войны с Тулой (на тот момент Канониров там было щщей под 200) и Брянским Динамо которые то же могли вывезти неплохой состав для пересечения. С остальными городами был мир, ну а с Орлом и Подольском даже жевачка)) Пару историй связанные с этим городом и людьми которые стали мне братьями. Поехали ;)

[cокращено]

Из старого...Хулиганами рождаются....

Конец 90-х

Москва. Вокзал. Электричка.

Летний вечер люди спешат домой с работы, не замечая никого и ничего вокруг, занимая свободные места в электричке, они отгадывают кроссворды, пьют пиво, болтают со знакомыми людьми или просто с рядом сидящими пассажирами о погоде, спорте или о сериале... Бабушки и дедушки едут с колясками на дачу, молодые мамы с детьми с шариками из зоопарка - в общем, все чинно и благородно, лишь уличные торговцы мешают этому спокойствию, предлагая самые разные товары, начиная от трусов, заканчивая порножурналами... Машинист объявляет остановки электропоезда, и все, находящиеся внутри, начинают отсчитывать минуты, оставшиеся им до родного дома... Но вдруг в эту тишину врывается крик, который несет в себе беспокойство, и обычные граждане поневоле сжимаются от него, так как в большинстве своем такие крики плохо заканчиваются...
"Си-эс-сиэс кей си-эс-кеей москоу" - разносятся по вокзалу, и люди, сидящие в вагонах, кто с интересом, а кто со страхом начинают разглядывать толпу молодых короткостриженных молодых людей в красно-синих шарфах, идущих к первому вагону с головы электропоезда в окружении милиции. Люди в вагоне сразу оживляются, так как для них это бесплатное реалити-шоу, которое с удовольствием смотрит вся наша страна. Молодые девчонки улыбаются, дяденьки выходят спросить счет, а кто-то и аплодирует парням, так как сам болеет за ЦСКА, и лишь два человека просто светятся от счастья. Один из них достает потрепанную мобилу (тогда это был шик, и позволить ее мог не каждый) и дрожащим от счастья голосом говорит фразу: "Они едут их около 50 в первом вагоне, с ними 2 мусора",- и после этого он подмигивает своему другу и пытается заснуть.....

[cокращено]

Еще один

цСКАМ-Челси.
Смеркалось. На улице -2. Станция Бекасово-1. Время 21.30 из электрички на платформу высыпает озорная молодежь, которая несмотря на погоду и рабочий день не могла пропустить случай напомнить, кто в доме хозяин и поздравить своих самых любимых друзей с игрой в Лиге Чемпионов. Итак приехали все и что бы согреться и весело провести время, пока скауты ждут коней на Киевском вокзале мы развлекаемся как можем, сначала играем в царя скамейки победили парни с Нары, далее конкурс на лучшее исполнение песн Фабрики и Светы победителей не было. И вот ловим звонок от скаутов «Кони слились на маршрутках, только Нара осталась на вокзале, но они едут на самой последней собаке, что бы мясо не прыгнули. Но не тут то было))) Многие уезжают на последней собаке до Малоярославца, ну а бравая 20-ка остается ждать еще 2 часа))) На тот момент мы уже не знали чем себя занять, так как уже больше 5 часов мы бегаем прыгаем по платформе, замерзли все, злые и хотим есть, но это было не в наших правилах уезжать не встретив «друзей» и вот долгожданная электричка, заходим.... Идем по вагонам и о чудо, наши друзья спят и так сладко, прям «мимими» что ж будем их своими зарядами даем им время встать секунд на 30 и уже укладываем их спать обратно, накрывая теплыми ударами в головы и по корпусу, идем дальше по собаке и судьба готовит нам еще один сюрприз в соседнем вагоне едут те кого мы так давно искали, а именно Кэф и ко))) и с ними едет прекрасная леди Лера кто знает эту девушку уверен улыбка на лице обеспеченна, она встает в один ряд с лошадьми, ведем переговоры, что бы она вышла из одного ряда с мальчиками, она не соглашается, прыгаем, на Леру прыгает Мелкий с Нары и просто прижимает ее к седушке, остальных окучиваем за всю Русь матушку. Все дело сделано, уходим из вагона обратно так как по любому в Наре будут стоять мусара и надо как то уйти красиво... Возвращаемся в тот вогон в котором укладывали коней спать и видим картину которую вспоминаем до сих пор. Б-га зажал одного коня и бьет ему в голову с одним вопросом «Где, твой билет» конь отвечает «Я не попал на матч» опять удар и очередная фраза «Мне нужен твой билет, я их собираю» видимо конь понял, что лучше отдать билет и сохранить здоровье, чем это будет продолжаться. Он молча достает билет и отдает его Б-ге. Тот гладит его по голове и говорит «Так бы сразу» и с довольным лицом уходит за нами. Собака тормозит мы выходим на платформу и видим как кони строятся у перехода ну что ж, прыгаем... Прибегает ОМОН половина коней пытаются нас отмазать (да ребятки был такой негласный закон, драка дракой, а враг номер один это мусор, и надо было сделать все, что бы людей не повязали), а рыжий хер продолжает прыгать с криками «Свиньи вам пиздец» - обиделся наверное очень)))) мусара загоняют коней в переход, а нас теснят на край платформы... Включаем операцию «горох» бежим кто куда, я бью омоновца с ноги в грудак и бегу по платформе в спину крики « Стой сука застрелю» (этого можно было ожидать, но думаю если догонит убьет так) по этому бегу как олимпийский чемпион, но и мусарок оказывается не промах, запускает свою дубинку четко мне по ногам, по ходу он был чемпион по игре «городки» в ЛУВД и я лечу вниз головой с платформы (а это где то метра 2) и аккуратно приземляюсь головой в рельсы, теряюсь секунд на 5-10, понимаю что голова пробита и кровь льет за всю Русь, но пробежка еще не оконченна по этому пролезаю под составом и продолжаю бег, омоновец швыряет мне пару камней в спину с криками «сука, все равно поймаю» но это был не его вечер))) кое как нахожу своих гружусь в такси и с разбитыми щщами и пробитой головой, но довольный по уши еду домой)))) Утром на работе придумал легенду, что брат мне банку на голову уронил))) так как голову я не зашивал, а приехав на работу сняв шапку, кровь била фонтаном меня отпустили домой на 2 дня, за что я был благодарен и коням и мусарам)))) так как смог поехать на выезд))) Остальные парни добрались домой нормально и без особых приключений, ну а тот билет до сих пор находится у Б-ги и он им очень гордится.
З.Ы. Посвящаю этот рассказ Андрею Бульдогу и Алешке. Нам Вас очень не хватает!

История из детства)))

Не боги горшки обжигают.

1998 год, страна стоит на коленях. Убийства, грабежи, этнические конфликты вот что показывают по новостям в то время. Почти все родители работают круглосуточно, что бы хоть как то остаться на грани жизни. Ну, а молодежь голодная и злая сама выбирает свой вектор развития в это время. Небольшой городок в 100 км от столицы (напомню, что именно на столько километров от Москвы высылали жить всех «сомнительных граждан» перед Олимпиадой-80, и то что к 1998 году в таких городах уже было целое сословие сомнительных граждан которые жили по своим «воровским законам» и вся молодежь того времени была пропитана этой блатной романтикой. Но близость столицы давала знать о себе, а на футбольном поле мы сами гоняли с утра до вечера, так как больше и заняться нечем было по факту, и многие начинали болеть за Московские клубы и даже организованно выезжать на домашние матчи любимой команды, но не все болели за один и тот же клуб, по этому это был еще один момент который завораживал перед поездкой в Москву. Драки фанатов имели стихийный и безжалостный характер того времени. Не было никаких «fair play" или еще чего то, в ход шло все что было под руками, камни, бутылки, палки, но высшим пилотажем того времени были армейские пряги с заточенными концами. И очень часто в то время можно было увидеть синюю звезду на лбу своего товарища или у себя глядя в зеркало после встречи с друзьями. Итак мы начинаем фанатеть:
[cокращено]

Все не отпускает меня... (См первый рассказ)

- Здравствуй, сынок, - говорю я.
- Здравствуй, мама.

У меня больно сжимается сердце - Сашка такой худой и бледный. Он улыбается мне, не разжимая губ.
Я протягиваю руку, чтобы погладить его по щеке, но он отклоняется. Как когда-то, в детстве, когда мои ласки ему казались слишком навязчивыми и смешными.
– Я сам, - было его любимым выражением.
Сам, пыхтя, завязывал трехлетним малышом шнурки на ботинках, сам разбирался со своими обидчиками, сам выбирал, кем ему стать после школы. Сам, сам, сам.

[cокращено]

Полезные советы из Польши)))

Мне прислали перевод польского текста, в котором приводятся советы эмигрантам — как сэкономить в европейских странах. Некоторые советы звучат для русского уха странно, однако в целом, пожалуй, при помощи этих советов эмигрант и в самом деле сможет сберечь немалую сумму денег.

[cокращено]

ЛЮБЛЮ РПЦ))))) Слава Ишуе Ганоцрию, за таких парней в рясах)))

Адвокат Игорь Трунов, который сейчас в суде представляет интересы родственников двух рабочих, погибших в ДТП на столичном Кутузовском проспекте летом 2012 года, просит суд арестовать автопарк иномарок иеромонаха Илии (в миру Павла Семина), обвиняемого в этой аварии. Это имущество могло бы стать обеспечением по гражданским искам. Помимо белого внедорожника Mersedes G500, на котором, по версии следствия, иеромонах Илия совершил ДТП, в его собственности нашлись автомобили BMW 750i и купе Mersedes SL500. Общая стоимость автопарка священнослужителя составляет около 15 млн рублей.

[cокращено]
Страницы: 1 | 2 | 3