Записи по тегу "Большая печалька"

| перейти в дневник

Про Цветаеву,про Мариночку ))

Цитата:
Григорий Исаакович Альтшуллер (1895–1983), доктор медицины, мемуарист:

Мне запомнился эпизод, который показывает ее резко независимый характер. Однажды жарким летним вечером мы ужинали с группой молодых друзей. Сидевшие за столом дамы сняли туфли, Марина тоже. Под стол забралась маленькая девочка и стала менять местами обувь. Приблизившись к Марине, она поползла дальше, не тронув ее туфель. Когда мы встали из-за стола, то были и смущение, и улыбки, и сердитые замечания. Только Цветаева оставалась сидеть спокойной и невозмутимой. Все посмотрели на нее, и кто-то спросил: «Марина, почему она не переставила ваши туфли?» — «Все очень просто, — ответила Цветаева, показав булавку. — Когда она подползла ко мне в первый раз, я уколола ее булавкой в ногу. Она не сказала ни слова и только посмотрела на меня, а я — на нее, и она поняла, что я могу уколоть еще раз. Больше она не трогала моих туфель». В этом была Марина!

Цитата:
Среди знакомых не было секретом отношение Цветаевой к младшей дочери. Н. Я. Мандельштам говорила мне, как были потрясены они с Мандельштамом, когда Цветаева показала им, каким образом она привязывала Ирину «к ножке кровати в темной комнате».

[cокращено]
| перейти в дневник

Н.Гумилёв и дочка его Леночка...

Цитата:

– Можно с ума сойти, хотя я очень люблю свою дочку, – жаловался Гумилев. – Мне для работы необходим покой. Да и Анна Николаевна устает от хозяйства и возни с Леночкой.
И вот Гумилев разрубил гордиев узел, приняв соломоново решение, как он, смеясь, говорил.
В Доме искусств тогда жило много писателей.
Гумилев решил перебраться в Дом искусств. В бывшую баню Елисеевых, роскошно отделанную мрамором. С потолком, расписанным амурами и богинями. Состояла она из двух комнат. У Гумилева был свой собственный «банный» кабинет.
– Я здесь чувствую себя древним римлянином. Утром, завернувшись в простыню, хожу босиком по мраморному полу и философствую, – шутил он.
Жить в Доме искусств было удобно. Здесь Гумилев читал лекции, здесь же вместе с Аней и питался в столовой Дома искусств.
Но возник вопрос: как быть с Леночкой?
[cокращено]
| перейти в дневник

Как Достоевский по лесу ходил...

Цитата:
я весь погружен в мое дело, я тоже занят: и выламываю себе ореховый хлыст, чтоб стегать им лягушек; хлысты из орешника так красивы и так непрочны, куда против березовых. Занимают меня тоже букашки и жучки, я их сбираю, есть очень нарядные; люблю я тоже маленьких, проворных, красно-желтых ящериц, с черными пятнышками, но змеек боюсь. Впрочем, змейки попадаются гораздо реже ящериц. Грибов тут мало; за грибами надо идти в березняк, и я собираюсь отправиться. И ничего в жизни я так не любил, как лес с его грибами и дикими ягодами, с его букашками и птичками, ежиками белками, с его столь любимым мною сырым запахом перетлевших листьев. И теперь даже, когда я пишу это, мне так и послышался запах нашего деревенского березняка: впечатления эти остаются на всю жизнь.
.
| перейти в дневник

Мандельштам и каша...

Цитата:
— Успеете. Вот и Осип Эмильевич еще здесь. Он, пока мы будем с вами разговаривать, похвостится за вашей кашей. Ведь свою он уже съел. Вы не потеряете ни минуты. Идемте!
Мандельштам с полной готовностью согласился «похвоститься» за меня. А я пошла с Ирецким.
Он действительно не задержал меня. Я торопливо вошла в полукруглую комнату с окнами в сад, где перед столом с огромным котлом выстроилась длинная очередь. Мандельштама в ней не было. Я облегченно вздохнула. «Значит, уже получил и ждет меня в столовой».
Мандельштам действительно уже сидел в столовой. Но перед ним, вместо моей каши, стояла пустая тарелка.
— Отчего же вы не взяли каши, ведь вы обещали? — начала я еще издали, с упреком.
— Обещал и взял, — ответил он.
— Так где же она? — недоумевала я.
Он сладко, по-кошачьи зажмурился и погладил себя по животу.
— Тут. И превкусная кашка была. С моржевятиной.
Но я не верила. Мне казалось, что он шутит. Не может быть!
— Где моя каша? Где?
— Я же вам объясняю, что съел ее. Понимаете, съел. Умял. Слопал.
— Как? Съели мою кашу?!
Должно быть, в моем голосе прозвучало отчаяние. Он покраснел, вскочил со стула и растерянно уставился на меня.
[cокращено]
| перейти в дневник

Как Гумилёв лягушек любил...

Цитата:
И я любил ее больше всего на свете. Я всячески старался ей угодить. Я хотел, чтобы она гордилась мной.
Он мечтательно улыбается, снова глядя в огонь, и продолжает: — Это было летом в деревне. Мне было шесть лет. Моя мать часто рассказывала мне о своих поездках за границу, об Италии. Особенно о музеях, о картинах и статуях. Мне казалось, что она скучает по музеям.
И вот в одно, июльское утро я вбежал к ней в спальню очень рано. Она сидела перед туалетом и расчесывала свои длинные волосы. Я очень любил присутствовать при том, как она причесывается и одевается с помощью горничной Вари. Тогда ведь это было длительное и сложное дело — корсет, накрахмаленные нижние юбки, платье, застегивающееся на спине бесконечными маленькими пуговками. Но в то утро я нетерпеливо стал дергать ее за руку. — Идем, идем, мама, в сад. Я приготовил тебе сюрприз.
[cокращено]
| перейти в дневник
Был у моей подружки-соседки случай...
Жила она раньше надо мной с родителями, потом одна переехала в район Кузьминки из ближнего подмосковья...и вот ,что тогда написала..
Цитата:

Я ваще в ахуе, сейчас такая история приключилась
Выхожу я из квартиры в магаз, а в предбаннике моя соседка счетчики списывает, бабуля лет 60, я ее легонько дверью задела, т.к. не видела, а она как заорет и за сердце схватилась. Я сама испугалась, говорю тетя тамар здрасьте, вы че, а она говорит Наташа, мне сказали что ты умерла...
Я спрашиваю че по чем, откуда инфа, оказывается вчера по нашему дому ходили люди и собирали деньги на похороны девочке из 97 квартиры (т.е. моей) ,все сдали конечно, а потом тетка из другого подъезда встретила мою соседку и говорит кто у вас там умер из 97 девочка, а она говорит: "Наташа, там только она живет одна..."
Так-что кто-то меня уже поминает,наверно, в Макдаке...
| перейти в дневник
Вот были у меня такие моменты ,когда в диалогах с некими людьми,на тему литературных деятелей,я получала поток негодования и прочую отрицательную реакцию ,упоминая о том,что по моим примечаниям,из тех кто увлекается,например,Достоевским (и всячески этим кичится,при первой же возможности),нередко попадаются маньяки ,извращенцы и в принципе люди со "странностями",ведь это не удивительно,сам писатель ,имеющий множество пороков,судя по всему,не далеко от них ушёл,и его можно смело причислять к такому роду людей,да и Толстой как минимум самодовольный,эгоцентричный неадекват...,непонятно,что так задевает книголюбов,и вызывает противоречия,неужели они сами об этом не задумываются..
И для "особенной" категории людей подчеркну,что ничего плохого сказать не хотела,просто констатировала то ,что было получено из разных официальных источников информации..
| перейти в дневник
Между прочим,во времена ,когда зарубежные классики много трудились и писали,кокаин еще не был признан наркотиком,и его свободно продавали и добавляли куда только можно..причем не только кокс,вообще ассортимент широкий был...
Ну а потом...потом у них случался творческий кризис ,и они начинали бухать)))