Другое

О России и Петербурге в серых красках с ноткой сатиры в поздних ночных диалогах...

***

Я живу в пригороде и чтобы добраться до центра нужно выдержать два часа кромешного маргинального ада - примерно, час в электричке и час на метро. Так что здесь материальная жизнь, как и блага цивилизации вообще отсутствуют. И тебе, среди люмпеном, бомжей, алкоголиков, хамоватого быдла и таких же аскающих на хлеб "голодных художников" приходится просто не замечать действительность. Или получать от нее удовольствие. Или долго и усердно работать продавцом-консультантом, чтобы снять что-то центрее, ближе к метро и приличнее. Потому к черту материальную жизнь, я уже несколько лет употребляю в пищу только бомж-пакеты - ну, совсем дешевые супы с макаронами, которые заливаешь кипятком и вуаля...

Еще из набора веселых фактов... ,Да, я живу в деревянном пригородном доме (пригород большой, домов таких здесь всего пять, помимо стандартных желтых Петербургских и серых многоэтажек) Дому лет за двести. Разумеется, он разваливается. Воду сюда нужно носить. С колонки. Чтобы помыться, нужно ее греть. Ванна есть, но нет водоснабжения. Ну и отопления, конечно. Так что прелестей жизни, особенно зимой - навалом.

Почему на сессии не появлялся? Или элементарно не было денег на проезд, или было слишком холодно, лень и неудобно ездить. Сессия-то зимой, а у нас здесь зимы не такие. Дело не во влажности или температуре, а в ледяном ветре, который даже в градусов 15 по Цельсию заставит тебя дрожать как дворняжку через некоторое время.
Или элементарно не было денег на проезд, или было слишком холодно, лень и неудобно ездить. Сессия-то зимой, а у нас здесь зимы не такие. Дело не во влажности или температуре, а в ледяном ветре, который даже в градусов 15 по Цельсию заставит тебя дрожать как дворняжку через некоторое время.
Про тридцатиградусные морозы я вообще молчу. Собственно, такова Россия. Только медведи по улицам на балалайках не играют и матрешек не продают.
А сейчас еще то, что называется кризисом, это значит, что цены на некоторые продукты питания выросли раза в два. Даже на бомж-пакеты, черт возьми... Раньше можно было взять самые дешевые рублей за пять (полноценная порция это два таких), теперь рублей за восемь...
Что существенно, да.
Таким образом, выживают здесь только бомжи, алкоголики, маргиналы и всевозможные эльфы, волшебники и так далее, которым хлеб насущный в принципе, особо без надобности. Правда, по моим наблюдениям последние как раз вымирают. Ну, или меня недолюбливают. Читали русские народные сказки? Так вот, я Кощей, а вокруг ходят какие-нибудь царевичи, да Василисы премудрые. Вроде бы, из одной сказки, можно подойти, заговорить, мол, привет, а помнишь... Но с другой стороны, из одной сказки, да, но меня же на дух не переносят! Мол, иди-ка ты лесом, Кощей, и без тебя тошно. Мы тебя помним, да, но ты нам не нравишься.
С ними, в отличии от людишек, хоть что-то общее есть. Но они или по своим норам попрятались, ну, примерно, как я. Или не желают ничего общего иметь с таким, гм, персонажем, как Кощей. Вот и сидишь... Чахнешь. Но не над златом.

У нас в общежитии четыре человека в комнате, например. А комнатушка меньше моей раза в два. Видели. Знаем. Ужасаемся.
А что до людей... Есть еще шпроты. В потрепанных костюмчиках, совершенно разного возраста, обычно с сумкой или кожаным портфелем. Шпроты. Они работают. В офисах. Не как люмпены, наркоманы и голодные художники, не подрабатывают на водку, дозу, краски и кисточки, где-нибудь, где не особо унизительно можно временно попахать. Хотя многие и на унизительное согласны, да. Я вот брался за такую работу, о которой даже рассказывать не особо хочется. К тому же, меня там наебали и, гм, не заплатили. Но речь не о том. Так вот, эти реально работают. Такое впечатление, что всегда. Они и заполняют большую часть пространства в вагонах метро в час-пик. И непонятно даже, живут они, чтобы работать, или работают, чтобы жить. Но лица у всех одинаковые - никакие. И глаза рыбьи. Одним словом, шпроты...

***

А эльфы у нас все же есть. Так сказать, идейные. Осунувшиеся, изголодавшиеся, не редко побираются и курят траву в компании хиппи, потому что работать им еще сложнее, чем остальным. Из-за абсолютного непонимания человеческого мира. Но их редко можно встретить, ходят они тоже быстро, как и все остальные, кто не попадает под класс люмпенов и алкоголиков. Людей чураются, так как очень пугливы и все еще немного высокомерны. Но их очень редко и очень сложно заметить в том же бесконечном потоке шпротов.
Как в лесу - увидел эльфа, тебя ждет счастье. Настолько это чудесное и редкое явление, хах. С остальными примерно та же ситуация. Основная масса - это шпроты...

О людях и чудовищах. Запись первая.

Пусть читатель, которого отпугнет мой слог, пройдет мимо, не придавая написанному большое значение. Все, что будет сказано после, является только странной и страшной сказкой, в которой рассказчик так же занимает место действующего лица. И несмотря на то, что в этом тексте Вы, возможно, найдете все, что присуще сказке, непременно стоит упомянуть, что описанные события имели место быть на самом деле. И лишь возможно, что немного не в той форме, в которой о них будет изложено. Но если мой читатель откровенно не глуп, я полагаю, ему не составит труда вывести из странных текстов и рисунков ту тонкую материю, что можно было бы назвать основой для повествования. Ведь как известно, в каждой сказке имеется доля правды.

Итак, давным-давно, в густой лесной чаще, под гниющим остовом векового дуба, обитало чудовище. Никто из живущих подлинно не мог знать, ни о облике, ни о повадках этого существа. Известно лишь, что люди не жалуют чудищ. А те, в свою очередь, не питают особой любви к людям. Прекрасным или безобразным представлялась молве его личина - не имеет значения. Доподлинно можно сказать лишь, что чудовище редко покидало свое убежище и не жаловало появляться в местах людских селений. И думалось ему, что нет ни на свете, ни в темноте создания более разрушительного и жестокого чем люди. А те лишь передавали из уст в уста рассказ о твари искаженной и извращенной, для которой не нашлось названия на человеческом языке. Настолько суть ее была... бесчеловечна. И правда. Ни одним человеческим качеством не обладало это существо. И не имело ничего общего с людьми, которых избегало в своем холодном жилище. Скажем же, что было оно другим, отличным от всякой земной твари, или, напротив, собирающим в себе характеристики целого ряда живых существ. И пусть злая молва шепталась о лице чудища человечьем, не было ни в сущности, ни в облике его ничего, что принадлежало бы миру людей. Тогда, в те времена, умы общества все еще могли допустить нахождение в темной чаще чего-то подобного, в корне отличного от известного и привычного, лишь потому настолько пугающего, чуждого и, возможно... опасного.