Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 ... 19
2 июня в Культурном Центре Дом состоится
концерт средневековой музыки - Время вагантов.


AVIS DEI, CANTICUM

Ансамбль «Canticum» продолжает песенные и философские традиции вагантов,
которые, являясь носителями духовной христианской культуры, не чуждались научных
открытий, а также иронии и просто веселья. Музыканты придают огромное значение
многоголосию. Кроме вокала в «Canticume» звучат лютни - арабская и европейская,
барочная скрипка.

Оркестр вечно молодой музыки Avis Dei исполняет произведения, сочиненные более
пятисот лет назад. Музыканты используют копии старинных музыкальных
инструментов - раушпфайфы, волынки, блокфлейты, барабаны, гудок, и современные
оркестровые инструменты - гобой, английский рожок.

[cокращено]


"Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века -
Все будет так. Исхода нет."
Александр Блок



Вышла в аптеку за средством от бессонницы, и словно
попала в гротескные картины Питера Брейгеля, или скорее -
в средневековый бестиарий по ту сторону клетки. Хрипы
Михаила Круга из тонированной девятки, полдюжины
раздухаренных подростков, разминающих телеса своих

пышногрудых подружек.. Дамы бальзаковских лет,
вооружённые до зубов - матом и пластиковыми стаканчиками.
Трио таджиков, царственно раскуривающих анашу, звонко
цокающих языками. Эпитеты вослед - ведьма, "чур меня".

На контрасте - соловьиные трели, удушающий аромат сирени.
Диск луны в орнаменте барочных облаков ... Томный, нагретый
воздух, нерастраченная нежность в груди. Желание упасть лицом
в тёмное пшеничное поле... Чувствовать, как колоски заплетаются
в пряди, как земля раскрывает сырое лоно...

"Голосом любви скликаем мы палачей из тёмных нор и ставим крест -
и высоко над теменем земли мы поднимаем на кресте любовью распятую любовь"





19 мая, в Культурном центре Дом состоялось выступление Backworld - легенды dark folk сцены .
По прошествии трех с половиной лет Джо Буденхользер снова выступил в России, с новым
альбомом “Come The Bells”. Несколько обескуражила небывалая задержка концерта, отмена
разогревающей группы Kentin Jivek, и крайняя немногочисленность зрителей. Однако ... как
приятно внимать магическому dark folkу в числе нескольких десятков ценителей...



Совершенно очарована - Шоу Фрая и Лори
- британским комедийным телесериалом,
показанным в начале девяностых.
Английский юмор - шикарен, более чем)
[любимые скетчи]
21 мая в Английском клубе - Трио бассет-горнов

В ближайшую субботу в Английском клубе выступит уникальный ансамбль
- трио бассет-горнов в составе: Кирилл Рыбаков, Александр Аксенов,
Валентин Азаренков. По сути своей - это теноровый кларнет в строе F
(иногда in G), чрезвычайно популярный во второй половине XVIII века.
Именно эти инструменты играют в Реквиеме В.А. Моцарта (хотя в наше
время их чаще всего заменяют кларнетами), а также в других его
произведениях, среди которых - Gran Partita для двенадцати духовых

инструментов и контрабаса. Обширный диапазон в почти четыре октавы
- от Фа большой октавы до До второй октавы - позволял использовать
бассет-горны в различных амплуа - и как мелодический и как альтовый
и как басовый инструмент. Композиторы эпохи Классицизма использовали
эти возможности в жанре трио и в этом концерте вы услышите произведения
В.А. Моцарта, Георга Друшецкого и Антона Штадлера (друга Моцарта, для
которого написан знаменитый кларнетовый концерт).

Начало как всегда в 17.00 - Адрес: Тверская, 21


Инфернальные офорты Гойи

В столице впервые демонстрируется полное собрание офортов Франсиско Гойи , 220 работ,
представленных на выставке "Сумерки и свет" в Музее Современной истории России (12 мая
-15 июня). "Капричос", "Тавормахия", "Бедствия войны" и "Пословицы" - под этими названиями
во всем мире известны четыре серии гравюр Франсиско Гойи. Однако далеко не все знают, что
их последние официальные оттиски хранятся в Москве. Причем отнюдь не в художественном
собрании, а в Музее современной истории России, который является преемником Музея революции
СССР. Именно в этих "революционных" фондах графика Гойи обрела свое вечное пристанище еще
в 1937 году. Название выставки "Сумерки и свет", во многом связано с эпиграфом знаменитой книги
Фейхтвангера о Гойе, где сказано: "пройдя через тяжкий путь познания, человек идет к свету".


[]

В ночь музеев, в преддверии 120-летия со дня рождения Булгакова, посетили романтическую
экскурсию по памятным местам романа "Мастер и Маргарита". Прошли сквозь
Патриаршие пруды, где Михаил Афанасьевич столь часто устраивал променад со своей "музой"
и прообразом Маргариты - Еленой Сергеевной Булгаковой. Посмотрели несколько предполагаемых
особняков Маргариты, проследили путь погони Ивана Бездомного за Воландом и свитой.
Полюбовались деревянным домиком "Мастера", "нехорошей квартирой" №50 по Большой
Садовой, скандально известным рестораном Грибоедова на Тверском бульваре, где так
безудержно развлекались Бегемот и Коровьев. Узнали, кем была Аннушка в реальной жизни...
Почему Патриаршие, и почему пруды, когда пруд только один... Был ли трамвай, и каким он был...
Кем был Горький: Мастером или Берлиозом... Почему именно с Дома Пашкова отправилась свита
Воланда в свой последний полёт...

[сокращено]
Предтечи Пасхи, припозднившись покинуть ампирный уют ресторана Серебряный век,
оказались в самом центре Москвы, замкнутом полицейским конвоем - в перекрытом
для крестового хода - пространстве Волхонки. Освобождённые от авто улицы - лучились
нимбами фонарей, - суетливому альтовому перезвону - Спасской и Боровицкой башен,
вторил апокалипсически- басовый колокол часовни Николая Чудотворца. Ища чёрный ход
с христианского празднества, от цитадели Христа Спасителя уходили прочь, в опустелые
Конюшенный и Колымажный переулки, но и там колокольные глашатаи вливали медь в наши уши
- вырастающими словно из-под земли - часовнями. Небо, в щедрых кобальтовых разводах, в рваных
стягах облаков - становилось всё ниже, и вдруг, с крыльца церкви 16 века - Антипия Пергамского -
ученика Иоанна Богослова - пошла торжественная процессия, с мерцающими свечками. Звон минорный
и устрашающий, всё набирающий силу - стал единственной реальностью. Каменными истуканами
застыли у дороги, донельзя зачарованные слиянием древней Москвы - с нынешней - 21 века.

[внезапное видео со спины]

***
Паноптикум октябрьской скверны; сыпь птиц по хребту выси, моченые розги ветров, лишаи рассветов, кататония
аллей. Джордано Бруно умирающего солнца, в потешном еретическом колпаке - облаков. Осень осеняет нас
перевёрнутым знамением, проклинает, целуя в уста... Свет в опале. Гамаюн судачит о смерти. Куафёр древесные
локоны кромсает остро-заточенными ливнями. Бурлаки-циклоны каравеллу Морены тащат, плечи заката - в кровь
бечевой стёрты. Слово - врозь - розгами бьёт... Любимый... Кулисы листвы сорваны. Не к чему возвращаться, некого
Любить - инфанте в фантике неба, с рождения носящей родимое пятно смерти...

***
Тянусь в осень изогнутым стеблем повилики, укачиваю в плетёной колыбели леса - сердоликового Феба.
Чернобурой лисой полночи прячусь в чаще исполненной шорохами, в малахитовом тумане предчувствий таю.
Порфировые клювы птиц - закатный альбом раскрашивают, лакомятся вечером, с кленовым сиропом аллей.
Предчувствуя колыбель льдяную, рыжеволосое дитя Осени - кричит стаями. Я смотрю на небо, и в сердце
моём умирают Библии. Расплескалось лакримой - внутреннее озеро.

***
Промозглый рыжий месяц лижет оконное стекло, умножая ржу в городе ржавых кровель. Ковш Большой
Медведицы выплёскивает скисшее молоко тумана. Лениво корчится в одноместной купели - тело. «Мне
не больно» - скажет искрящаяся на ладони капля. Мне тоже… почти. Время возмущенно булькает в
продолговатой полости крана. Водяные часы льют океаны эры Палеозоя. Я засыпаю одна.. Капроновая
сетка дня рвется в руках, оставляя все больше фантомов, все меньше света, все меньше меня… Утро...
Механическим щелчком выключателя, газовым выстрелом, рассыпает лунный кварцевый прах. Тонкие
ниточки сна вздрагивают, натягиваются, обрываются паутинным волокнами, липкими комками оседая
на волосах.

***
Нимбом Мкада светится - городище, щебетом воробьиным вымощенное, выношенное исполинской роженицей
в урбоутробе смога. Магдалена-плакальщица катит волны подмороженной влаги. Гиблые подворотни вороты
стен поднимают. Воспаленное небо боли. Стригущий лишай памяти. Зарываю лицо в алый песок гладиаторских
арен. Ртуть опускается по позвоночнику - на крестце растёт перечная мята страха. Холод...
Надрывность чувств нарывом гнойным зреет. Мурашек истеричная возня - по крупу будущего трупа.
Прогорклым маслом залиты лампады... Черней чернил церковный воск лица ...

***
Искусство ухода за мертвыми, всплеск костяного весла, ладья просмоленная душевной чернотой... Полноводное
черноречие, по волне прощаний - тело гонит - в гниль чащоб сырых, малахитовых, в слизь утроб кикимор зарёванных... Открытые рты гласных набиты мёрзлой землёй... Апокрифы сказок нанизаны на хищные спицы смоляного зонта Оле
Лукойе. Меня отпевают - выдохи пастушеских свирелей, статуи, оставленные в катакомбах античного Колизея...
Ювелирная скорбь. Викторианские траурные украшения

[]

В Музее Виктории и Альберта в Лондоне есть замечательная коллекция украшений. В одной из витрин собраны
те, которые имеют отношение к похоронам или Увековечению памяти об усопшем. Ряд этих украшений,
простирающийся с конца XVI до конца XIX в., позволяет проследить эволюцию от "memento mori "к «сувениру».
Старейший из экспонатов представляет собой портативное, но все же довольно громоздкое "memento mori"
елизаветинской эпохи: маленький золотой гробик размером с табакерку, а в нем серебряный скелетик. При
виде этого произведения искусства человек предавался медитациям о неминуемой кончине, что полностью
соответствовало тогдашней традиции трактатов, духовно подготавливавших к смертному часу.

Далее идет уже настоящее украшение: золотой кулон, опять-таки в форме гробика, и в нем локон умершего.
На крышке медальона сделана крошечными буквами надпись по-английски: «П.Б. умер в 1703 г. в возрасте 54 лет».
В течение столетия гробик перешел из "memento mori" в "меморию", «сувенир», сохраняющий память об умершем
и материальную частицу его самого; изменилось и содержимое: скелетик, призванный напоминать о бренности
всего сущего, сменился прядью волос любимого человека.

Другое миниатюрное изделие рубежа XVII- XVIII вв. соединяет в себе оба мотива. Оно изображает маленькое
двухярусное надгробие: внизу, на каменной плите, покоится скелет в виде уже знакомой нам лежащей статуи,
а наверху двое ангелов возносят к небу медальон, где за недостатком места вместо портрета усопшего красуются
его инициалы, фон же образует переплетение его волос. Скелет относится еще к традиции "memento mori",
остальное - к новой традиции «сувениров».

Оба эти украшения в своем роде уникальны. Зато в очень многих произведениях ювелиров XVII в. повторяется
с незначительными вариациями мотив миниатюрного надгробия - не мрачного памятника в интерьере церкви,
а стелы или погребальной урны античного образца, рядом с которой заплаканная женщина, а с ней ребенок
или маленькая собачка. Нетрудно узнать здесь уже упоминавшуюся "mourning picture", сведенную до размеров
миниатюры. Фон часто сделан из волос умершего.

И так, тема все та же - надгробие. Но его вид и функция изменились. Это мемориал, который можно посетить,
как посещают друга в деревне. На смену страху смерти и побуждению к благочестивым медитациям пришло
воспоминание о покойном. На одном из украшений, датируемых 1780 г., стоит надпись: «Пусть святые обнимут
тебя с любовью, подобной моей». В XIX в. изображение надгробия, в свою очередь, исчезает. Украшение этого
времени - простой медальон, очень часто с портретом усопшего и одним-двумя его локонами. Из прядей волос
делают также цепочки и браслеты. Прядь волос сама по себе становится носителем памяти о дорогом умершем.
Тема смерти как бы стирается, а остается - заменителем тела - его нетленный фрагмент.

[cокращено]


Питер... Питбультерьер оскаленный сквозняками, рвущий на клочки и закоулочки болотные цитадели.
Мосты - раболепствуя выи выгнули, подставляют блохастые спины гребёнке ливней. Питер...Тиной
врастающий в нёбо неба, вывалившего синеву - язык удавленника. Линялые тома кварталов листают
пешеходы. Коврига солнца до корочки съедена. Сохатые трамваи боронят рельсовые поля,
высаживая семена голов Берлиозов. Отгремело крещендо крещенских морозов. День - избитый клошар,
влачится в калошах авто по заплёванным улицам. Мои отвергнутые музы зычно хохочут, опрокидывая
граали шнапса. Варикозные столбы фонарей гарцуют канкан.

Явь съёживается в точку с последними судорогами предрассветной ряби, шариком пинпонга ударяется
в плотную мембрану растрированного рассудка. Черновики желаний холмиками сажи лежат по углам.
Пиксели не складываются в картинку, миллионы их крошечных черно-белых точек, подобно колонии
муравьев, копошатся в хитросплетениях моего зрачка. Выхожу вон из себя. Зонт - вспухшее
крыло нетопыря, кружит с циклоном немыслимые пируэты. Под ним - постаревшая Мальвина, прячет
оборванные пуговки глаз. Звучат трещотки вставленные в ребристые гортани прохожих. Улица говорит
со мной кадрами немой киноленты, шевеля рыбьими устами Чаплина. Улица надрывается тапёрами толп,
выволакивающих набор шумов … и в какой-то момент в топографические знаки мне верится больше, чем в людей.

Любовное наваждение от Bach-consort

[]

Намедни, в изящной девической компании посетила вечер итальянских любовных мадригалов -
"Tornate, o cari baci". Высокие и низкие голоса, инкрустированные виолой да гамбой, корнетом, теорбой,
клавесином и флейтой, сплетались вычурным орнаментом, полным томления сердца, чувственностью
и меланхолией. Неистовый флейтист, дирижирующий и приплясывающий одновременно, в нескольких
дюймах от лица обескураженной Хельги, был в шаге от превращения зрителей в послушных змей,
вторящих каждому движению факира. Преображающая музыка - Монтеверди, Роре, Маренцио, Свелинка,
Шютца, Бернарди, Стриджо, Верта... волнительная, уводящая в мечты...

Мадригал (от лат. matricale) — песня на материнском языке — небольшое музыкально-поэтическое
произведение, обычно любовно-лирического содержания; первоначально одноголосная песня на итальянском
языке. Мадригал получил развитие в эпоху Раннего Возрождения в поэтическом творчестве Ф. Петрарки,
Дж. Боккаччо, Франко Саккетти, у композиторов итальянского Ars nova Якопо Болонского, Франческо Ландини.
В период позднего Возрождения, мадригал — многоголосная вокальная пьеса, как правило, в строфической форме.

В Италии XVI века мадригал — основной жанр для различных творческих экспериментов композиторов, особенно
в области сочетания поэзии и музыки, театрализации, место испытания новых приёмов композиционной техники,
категорий гармонии (особенно хроматики и микрохроматики), ритма, формы.


[cокращено]

Хвостатое дитятко

Фамильяр Руми - семейства кошачьих, боится камеры почти так же, как его хозяйка.
В истерическом порыве бросается от объектива куда глаза глядят, или же скучно
застывает, эдаким плюшевым, неодушевленным предметом интерьера. Все его
удивительные ужимки, выгибание спинки, очаровательнейшие хищные зевки,
игры, и разнеженная дрёма - остаются за кадром. Единственное, чем удаётся
запечатлеть питомца - без потери концептуальности происходящего, но с изрядной
потерей качества - это iphone. Начну с того, что наряду с невероятной грациозностью,
кошачьим характером сей зверь не обладает ни разу. Самобытность, самодостаточность,
отрешённость, дистанционность - полнейшие антагонисты его нрава. КотоПсом его не
назовёшь разве что по величине Уникальной вредности, но человеческим дитятей - запросто.
Не может без общества. Везде суёт свой элегантный чёрный нос, если читать - так вместе
(положив хвост вместо закладки), если сидеть в интернете, так с его прильнувшей когтистой
лапой на клавиатуре, если спать - то непременно в колыбели хозяйских рёбер...
Ванную принимаю - под пристальным присмотром (громким мявом осуждаются мои
излишне длительные погружения), трапезничаю - в компании ушастой мордочки,
копошащейся в моей, и без того не обильно наполненной тарелке. Причём - не важно
что есть, голубика - так голубика, кефир - так кефир, чай для похудения - да за милую душу)))

[фото]
Фестиваль «Посвящение Италии: Viva la Musica!»


28 апреля 19.30
Концерт премьер «Рукописи не горят…» посвящен уникальным произведениям: балетной и оперной музыке,
которая почти 200 лет не исполнялась в Москве. Эти сочинения имеют огромную культурную ценность и хранятся
в архивах Большого театра России. В программе: Итальянская оперная и балетная музыка XVIII-начала XIX веков,
Дж. Сарти, Дж. Паизиелло, М.Э. Карафа ди Колобрано, И.С. Майр

29 апреля 19.30
Заключительный концерт фестиваля решен в фантазийном стиле: маэстро Александр Рудин заставит звучать
сам Дворец на Яузе, используя разнообразные пространственные эффекты – в традициях венецианского собора
Сан-Марко. Меломаны получат редчайшую возможность услышать венецианскую оперу эпохи барокко: впервые
в России будет исполнена серената Антонио Вивальди «Глория и Гименей», написанная к бракосочетанию
французского короля Людовика XV с польской красавицей Марией Лещиньской.
В программе: Л. Боккерини, О. Респиги, А. Вивальди Серената «La Gloria e Imeneo»

[cокращено]

Булгаковские бдения

Глубоко за полночь оказались в совершенно пустом зале кинотеатра, на
просмотре "Мастера и Маргариты", что вдохновило нас немного пошалить,
экзальтированно кривляясь позируя на фоне экрана. Фильм феерический!
Гафт в образе Воланда, Бурляев в ипостаси Иешуа, Ульянов в роли Пилата,
вечно молодая Вертинская... Чудо чудное, диво дивное... Всем рекомендую!

P.S. Если бы в 1994 году я была подходящего возраста, стоило бы определиться
на роль танцующей ведьмы... Уж больно харизма подходящая))

[фото сомнительного качества]



Музыка Италии XVI – XVII веков, в стиле кончертато

12 апреля в Библиотеке искусств им. А.П. Боголюбова состоялся концерт Камерного оркестра МГУ
Прозвучали произведения: Джованни Габриели, Лодовико Гросси да Виадана, Джироламо
Фрескобальди, Джованни Легренци, Алессандро Скарлатти, Антонио Вивальди, Вито Уголино,
Джузеппе Джулиано. Солисты - Ольга Назайкинская (сопрано), Андрей Шарапов (виоль д’амур),
Светлана Мызникова (неаполитанская мандолина), Татьяна Андрианова (орган-позитив), Александра
Дроздова и Александр Шескин (барочная виолончель).
Все композиции исполнялись на жильных струнах, реконструированными барочными смычками, без
моста и без подбородника, в аутентичной манере. Concertato – стиль, характерный для музыки эпохи
раннего барокко, подразумевающий «соревнование» групп оркестра, хоров.

[фото]
Вровень с павшими листами

Волшебник, а по совместительству сосед - Александр Соколов, преподнёс мне
царственный подарок - сочинил музыку, и лично исполнил песню на мои осенние стихи,
внеся некоторые корректировки по тексту, избегнув гнетущего минора завершающих строк
"и кто-то вышел умереть". Два стихотворения, написанные с временным разрывом в 6 лет,
сшитые смысловыми и интонационными параллелями. Не нарадуюсь)

***
Вровень с павшими листами, обетОванными снами,
Вдоль по линии дождя - я прощаюсь, уходя.
Из заносчивого лета - в опрокинутый покой -
Остановленного света, полусумрак дождевой.
Ныне, ангелы мои, покидая город стольный -
Забирают светодни, в небо падают покорно.
Остаются купола, небывалые аллеи,
И остывшие поля, и певцов пернатых трели.

***
Метлой позёмки собирая - резную лиственную медь,
Свое дежурство начиная, старушка-осень ставит сеть;
Для расшнурованных корсетов - мятежных, хлынувших дождей,
Любви бессрочной, без ответа, прудам в изгибах лебедей.
Дагерротипом свето-тени, в янтарных, умбристых тонах -
Поставлен август на колени, и в колумбарий ссыпан прах...
В гравюрах каменных колодцев, хранимых голосом детей,
Сражения без полководцев - голодных птиц в штрихах ветвей.
Чредой пустот зияют числа, обвисли полдни на руках.
Пращой метательной зависла, луна в распухших облаках.
На вопросительные знаки пожухлых трав - слезой говеть.
Бежать из уличной клоаки в чащоб расставленную клеть.

Ни умысла, тем паче смысла, меж тем как тишина нависла...
И кто–то вышел умереть...

Капеллан капелей крестит новорождённое утро. Жалейки синиц перехлёстываются голосами.
Солнце взъерошенное как вихры Росетти, лучисто рисует Прозерпину на грунтованном холсте
моего лица. Готовлю приворотное зелье, дабы отведавший, ушёл в меня, как в скит, отболев
маятой мира. Мимо, мимо - Мимы реальности скользят. Хворост стрелок поджигает Хронос.
Я ворвусь легкокрылой гетерой в полумрак твоего "Англетера", вынув из петли сновидения -
предложу откушать своё сердце...Благословенны твои пробуждения, Бог исцеляющих поцелуев...
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 ... 19