Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 ... 9

Край Земли

На Краю Земли, где Звёзды сплетаются с Вечностью, а эхо отражает песни Миров, горит одинокий костёр. Последняя остановка усталых путников, место, куда сходятся все дороги. Место, где встречаются те, кто обрели то, что искали, и те, кто потерял последнее. В этом костре сгорают оставшиеся сомнения, и отдают тепло добрых воспоминаний. Здесь, на самом краю, можно увидеть последний танец драконов, кружащих в безграничном небе. Здесь слышится смех, такой родной и знакомый. Здесь продрогшему путнику становится теплее. Здесь ткутся легенды, из жизненных путей, пронизанные вдохновением и мудростью. Здесь вспоминается чувство дома, казавшееся навсегда утраченным в бесконечной дороге.
Если прислушаться, можно увидеть, как Тишина кружится вместе с Музыкой Жизни, той, что отражает весь пройденный путником путь. Боль и грусть сменяются радостью и надеждой.
Здесь страх Пустоты делает поклон Вечности и отступает. Здесь сердце начинает чувствовать крылья и жажду полёта, свободного и безумного, улавливая древний ритм извечной жизни.
Здесь закрывается написанная книга и открывается новая, с чистого листа.
Здесь путники дарят друг другу книги и записывают на полях имена друг друга.
В долгой дороге, в трудной дороге - нет большей опоры, чем верный спутник, чьё имя с полей книг вплелось в страницы истории жизни.
На самом Краю Земли, где Звёзды сплетаются с Вечностью - усталые путники греются у костра и зажигают в погасших сердцах друг друга маленький огонёк надежды, любви, веры и жажды странствий - огонёк путеводной звезды, под чьим светом будут написанны новые книги.

Мысли, подлежащие зачистке...

Вырви мгновение из ткани Времени. Выйди из дома в зимний поздний час, выйди из себя - того, кто проживает твою жизнь день за днём. Запрокинь голову на встречу умирающему снегу. Покружись на месте, позволяя головокружению создать иллюзию, что растворяются ноги. Загляни в горящий свет окон квартир Большого города. Прочувствуй, как мириады жизней в суетном бытие спешат прожить, чаят обрести своё счастье, ухватить ещё одно мгновение у этого непостоянного, смертельно опасного Мира. Мириады пересекающихся путей, белые кристаллики снега, падают из тьмы неба, освещаемые Луной - светом Солнца, отражённым от небесного тела. Как коротка человеческая жизнь, как коротка жизнь Луны, как коротка жизнь Солнечной Системы, как коротка жизнь Млечного Пути, и всё же - сознанием не охватить это ощущение времени. Как же забавно вспомнить иногда, вдруг, ощущение себя в прошедшем времени, знакомая квартира - но как будто другая, вырванная из другого времени, когда были живы те, кого уже нет, когда Мир казался другим, когда ночные прогулки - были магией, а за плечами было не бремя, но крылься... Мне кажется, я осознал смысл "Дважды не войти в одну реку" - я осознал скоротечность жизни. В те мгновения, что я вспоминаю своё мироощущение из прошлого - я вижу другого человека в себе, как будто то - другая реальность, от которой я когда-то откололся, и вот, оказался на пыльной обочине жизни. Я бреду вдоль шоссе без цели, без смысла или тайного знания, с пустотой в Душе и со скверными навыками жизни, едва ли позволяющими мне выжить в этом безумном Мире... И я могу вспомнить, как когда-то я брёл вот так, вдоль шоссе мегаполиса, ощущая безумие и свободу. Я был беспечно молод и безмерно пьян, я верил в то, что существует негласное братство Падших Душ, непонятых и непринятых обществом. Мне казалось, что опустившись на декадентствующее дно я смогу ощутить Единение, как некогда, предшественники - хиппи. Но Мир меняется так же быстро, как и Время, как и люди, проживающие. Я любил квартирники, где много незнакомых людей, много алкоголя, много гитары и кухонные диспуты. В тот момент мне казалось - именно они квинтэссенция человеческой жизни таких Потерянных Душ. Именно они - те огоньки на болотах, на свет которых слетаются неведающие утопленники. И вот, прошли годы, я опустел как бутыль выпитого вина, стал узником презренной Пустоты, как будто разом позабыв о том, как расправлять крылья. Раньше я думал, что завершением пути Обречённых Душ - будет Смерть, но отныне я знаю чего страшился признать - завершением моего пути будет чужая жизнь, обречённые поиски утерянных нитей, отражения в зеркале воспоминаний. Я страшусь, но осознаю - для новой книги - нужно убить всех прежних персонажей. Поститься со своей сущностью всегда непросто, но ошибка, совершённая когда-то должна повториться, ибо я - это всё тот же я. Свобода через неосознаваемую Смерть!
Музыка Жизни оборвалась так же внезапно, как началась, на надрывном, взрывающем барабанные перепонки, аккорде. И всякий, кто заметил - опустил голову в молчаливом согласии, а кто не заметил - ощутил холодок скорби, ветерком пробежавший по раскрытым сердцам. Нельзя рождённому мёртвым осознать ускользающую красоту жизни. Когда бредёшь сквозь ряды очерневших острых скал, в лабиринте без входов, выходов и целей - свыкаешься с паразитирующей обречённостью. Каждый шаг - мириады шагов, мириады Жизней и Смертей. Все формулы Мироздания в равновесии обращаются в абсолютный ноль, в Пустоту. А та, в свою очередь - соткана из всех наших Жизней и мгновений, из наших чувств и разочарований, из чаяний и обретений.
Я разучился ткать себе образы и лица, я остался лишь как часть чужих Миров, как сказанные кем-то слова, как старая фотография в запрятанном где-то в шкафу альбоме. Сквозь формалин и стекло я был так смешно искажён, что увидев бы себя со стороны - непременно бы улыбнулся. Таков был я, скучающий по сожжённым страницам, по Мирам, от которых я отрёкся, по собеседникам - гостям моего разрушенного замка без крыши, из которого я, кажется, вечность, наблюдал за звёздами в ожидании, когда в ночь Самайна зажгутся костры, и у одного из них будут меня ждать.
Неказистая вышла жизнь, множество историй так и не было рассказано до конца, линии повествований запутались, персонажи остались тенями, множество имён обратились в туманную дымку.
Змей, вцепившийся в свой хвост, занял место точек и троеточий в прочитанной книге. Лишь заблудившийся разум способен расправить крылья и обратить в пыль несуществующие оковы. Край Пустоты никогда не был краем, Странник никогда не покидал пределы Замка, Страницы Книги были всегда пусты, а вихри чувств - лишь самообман психики, цепляющейся крючочками за искусственную ткань бытия.
Всю сознательную жизнь я ждал, когда мой самообман станет моей реальностью, психика перестанет быть такой устойчиво-цепкой, а мысли такими чужими. И сейчас я чувствую то, что чувствует герой недописанной книги, чей автор кладёт перо на стол, разжигает камин и заряжает пистолет своей решимостью, усталостью и смирением.
Всю сознательную жизнь я хотел заглянуть за грань, и теперь мне стало интересно, а есть ли моё отражение, и кто отразится в грани...

(Личное) Моя смерть

Зябкая выдалась нынче ночь. Костёр едва греет. Кутаюсь в шерстяной плащ, но он едва сохраняет остатки тепла. Мерзкое на вкус содержимое фляги тщетно силится разогнать кровь по леденеющим венам. Лишь воспоминания способны хоть как-то согреть в эту ночь вольных Северных Ветров, наплевавших на все времена года и негласные законы природы.
Я всматриваюсь в дым, хаотичным волнистым течением тянущийся к слиянию с ночной тьмой, и вижу в нём тени былого. Я вижу лица людей, вижу места, слышу голоса и ощущаю едва уловимые и почти позабытые ощущения. Вихрь чувств захватывает Душу и воздух наполняет лёгкие. Дыхание замирает, как будто всё внутри обожжено морозом. Сны и воспоминания смерчем мелькают пред взором разума, и я теряю ощущение времени.
Как и прежде, я не способен осознать взаимосвязь, я лишь вижу обрывки прожитой жизни, и непрожитой, являющейся в сновидениях. Я уже собираюсь с силами, что бы проститься, но внезапно ощущаю веянье тепла.
Ты подходишь к огню, стелишь напротив брезентовую накидку. Улыбаешься краешком губ и без всякого приветствия пронзаешь меня взглядом.
Ранее я видел тебя лишь во снах, Дева с огненными волосами. Я ждал этой встречи, не смея признаваться себе в этом. И вот, когда стало уже совсем поздно что либо менять, внемля порыву врождённой справедливости, когда Вечность опустошила мою сопротивлявшуюся Душу - ты пришла на мой прощальный, Богами забытый, костёр, среди болот, хвойного леса и обнажённого неба.
В молчании твоём - вся моя жизнь. Я силюсь что-либо противопоставить, но, возможно, впервые, мне нечего сказать. Мои друзья далеко, некоторые - за гранью этого Мира. Я остался один, хотя возможно, я и был один, но не был готов это признать. И вот, в решающее время, я смотрю в твои изумрудные глаза - и безмолвствую, словно новорождённый, нашедший успокоение в руках матери.
В твоём лице я вижу множество лиц. Множество невысказанных фраз тем, кто на протяжении всей моей жизни исчезал в круговороте событий, оставляя лишь воспоминания.
И я бы осознал как много в жизни я упустил, но - я вижу тебя, и прошлое теряет значимость от мгновенья к мгновенью.
Твой взгляд устремляется в небо и вторю ему, растворяясь в открывшимся взору звёздном небе.
Созвездия танцуют, запутывая разум. И вот я уже где-то на скалах, наблюдаю как луна погружаются в чернеющую гладь моря. Вижу как множество людей сидят вокруг костра, струны гитары бешено выплясывают ритм и разные голоса вторят им. Ощущаю ароматы, пробуждающие аппетит, исходящие из общего котла над костром. Вижу утренний туман над гладью пруда и закинутую удочку. Слышится лишь пение жаворонка и первых просыпающихся птиц. Слышу привычный громкий смех друзей и потрескивание угольков в печке. Резво звучат столкнувшиеся чарки и смех с новой силой наполняет прогретое помещение. Я слышу свист кнута и мычание коров, возвращающихся с пастбищ. Сумерки над деревенской дорогой, а на языке уже ощущается предвкушение кружки ночного парного молока. Я ощущаю жар спора, затянувшегося на кухне квартирника, тянущегося до самого рассвета. Я ощущаю ветер, бьющий в лицо, когда я упрямо кручу педали верного велика. Я вдыхаю запах озона, наблюдая как поднявшийся ветер над полем рвёт ввысь моего воздушного змея. Аккорды моей гитары вторят крику раненной Души контрастируя с тёплой южной ночью. Я спорю с другом до хрипоты осознавая, что нас ждёт завтрак и собственное непоколебимое никем и ничем мнение. Я сижу над обрывом и смотрю то под ноги, то вверх, над вершинами гор, наслаждаясь чувством пространства и высоты. Я плыву по чёрным водам моря, отплывая от костров на берегу к точке горизонта, где тьма неба сливается с тьмой ночного моря и невозможно их разделить. Я вдыхаю медовый аромат и внимательно впитываю каждое слово сказки, которую рассказывает дедушка-сказочник. Я внемлю каждому мгновению ночи.
И мириады, мириады образов и воспоминаний, ощущений, красок, запахов, озузений, слов и фраз...
Мне нужна целая жизнь, что бы всё это выразить.

Она опускает взор, обращая его на теплящийся ещё костёр.
Я задаю пришедший мне в голову вопрос, поднося руки к огню:
- Это моя смерть ?
Она поднимает глаза и не скрывает своей улыбки:
- Это твоя жизнь.- Она встаёт, обходит костёр, садится рядом и кутается в мой шерстяной плащ обнимая.
- Ты совсем закоченел. Вредно оставаться одному надолго. Теряшь тепло жизни. - И она улыбнувшись посмотрела мне в глаза. Затем её взгляд устремился куда-то за горизонт. После длительного молчания она произнесла:
- А помнишь, как ты сидел вот так у костра, всматривался в огоньки дальней деревни на горизонте, пока отец искал путь через болото. Слышал вой волков и мерещились вдали красноватые глаза лесных собратьев. Как смотрел на звёздное небо.
- Да, я вспомнил...
- Помнишь утреннюю прохладу и чижа над полем ?
- Да...
- Твоя жизнь соткана из воспоминаний. Она неизбежно прервётся.
И я не нашёл что на это сказать.

- Какое из этих воспоминаний, которые вернулись к тебе сегодня ты хотел бы прожить заново ?
- Пожалуй, все перечисленные.
- Это была всего лишь твоя жизнь. Её воспоминания - твой багаж. И пришло время стать чуть свободнее. Я знаю, ты ждал меня, но ты надеялся, что на твой огонёк костра придёт кто-то ещё. Ты надеялся, что возникнут новые воспоминания, что багаж твой станет ещё весомее, значимее для тебя. Тебе как и всем людям, не хочется мириться с пределами допустимого. Тебе бы хотелось бесконечно накапливать воспоминания жизни наплевав на все ограничения по весу, наплевав на пределы сил собственной Души.
И именно поэтому у твоего костра так тепло. Греет не он, греют людские Сердца, прожившие жизнь. И я здесь не что бы остужать Сердца. Я здесь что бы погреться напоследок.
- Так кто же ты ?
- Та, от которой едва ли ты сможешь сознательно отказаться.- И она премило улыбнулась, поцеловала, обняла крепче, прижалась щекой зажмурившись, а когда открыла глаза указала куда-то в звёздное небо, где звёздный свет притягивает надежду и смерть.

Высшая Сила, имя которой...

Потрескивали в камине поленья.
Ветер за окном завывал могильную песнь.
Кресло со скрипом мерно качалось.
В трубке задорно тлели огни.
Старец щурясь смотрел на огонь, а на столе фея танец плясала.
Отмеряли безмятежность большие часы, выстукивая привычный такт.

И вдруг, обрывая Музыку Сфер резкой нотой.
Разрывая ткань Бытия и нарушая гармонию Времён
Северный ветер ударяет в окно, и то поддаётся.
Младший брат Бурана, лёгкий вихрь - незваным гостем проносится по комнате
И сталкивает с пыльной книжной полки обветшавший фолиант.
Тот падает небрежно на деревянный пол, поднимая облачко пыли.
Безымянным волшебством книга раскрывается на очередной пожелтевшей странице.
И соскользает со страницы высушенный лист сказочной формы.

И время застывает. И ветер смолкает, будто прерванный Небесным чудом.
И фея прерывает свой танец, крошечные ладошки прижавши к щекам, и взглядом мечась меж старцем и древесным листом.
И старец замер, лишь слеза по щеке плывёт, лишь улыбка воспоминаний проступает на суровом от прожитых лет лице.
То не лист перед ним, то огненноволосая дева в танце кружит. И он, не седой - черноволосый юнец, смеётся держа её за руки, в танце кружа.
И падает снег, осторожно, в ноябрьский вечер. И лист тот, свидетель, на ветке дерева колышится.
А Они всё кружат, кружат и смеются, будто времени нет, и Мира нет, есть лишь музыка и лист тот последний, свидетель их танца.
Они всё кружат - листья ? Они всё кружат - люди ? Они всё кружат - чувства ?!
Осень прощальным реверансом кланяется Зиме.
А эти двое - не замечают. Молодые, влюблённые. Слышат они то ли песнь легенд древних времён, то ли музыку звёзд, то ли ритм их сердец, в такте вальса.
Она - огонь, он - земля. И ветер и снег - и воздух и вода. Четыре стихии - гармония. Лишь лист - летописец, безмолвный свидетель, что будет хранить меж страниц древней книги священную тайну.
Священную тайну двух сердец, что любят.

Годы пронеслись как мгновение. Уже давно ветер не играл с огненными волосами, уже давно снег не искрил, благословляя смеющуюся танцующую пару. Лишь огонь в камине, вечер за вечером, наблюдает за тем, как старик пускает кольца дыма из трубки, бормочет что-то, произнося Имя с замиранием сердца, будто зовёт кого-то, или обращается к кому-то. К той, что слышит, но уже не ответит.
Старик усмехнётся, будто услышав ответ, потом нахмурит брови, будто поняв, что отвечает сам себе. И вздохнёт затем, будто устал от того, что снова ощущает бремя времени.

И вот, волшебство Небесных Светил с почтением наблюдает, как нечто безмерно большее, чем волшебство - поворачивает время вспять. Сухой лист безымянного дерева - превращает седовласого старца - в черноволосого юношу. А танцующая фея преображается в огненноволосую девушку.
И вновь Они берутся за руки. И вновь ветер поёт им песнями арфы. И снег за окном искрит, благословляя их. И вновь они кружат, и смеются, растворяясь во взглядах друг друга. И Время почтительно уходит за горизонт, забирая лист, выпавший из книги, забирая последний вздох старика и последнее колечко дыма, растворяющееся как растворяются грани Миров перед Высшей Силой, имя которой...
Да не смолкнет священных волынок пение!
Да не утихнет аромат луговых цветков!
Среди лесов и полей обретая смирение,
Избавлюсь от бренного Мира оков.

Я странствующее дитя Земли.
В пути мне сам чёрт - не брат.
И сколько б лет по тропе не идти,
Не пройти мне отчего дома врат.

Смеётся смерть со мной в дороге,
Ей вечность и время, что шутка бесу.
Оставив дары свои на пороге,
Мы скроемся вновь под кронами леса.

Древний народец шутлив и приветлив,
Танцует над пламенем древних костров.
Бредущего путника лишь заприметив,
Сплетёт над землёй он тумана покров.

Для смелых и добрых, что будут гостями,
Туман тот - лишь дверь в иной Мир.
Врагов же недобрых встречают костями,
Даруя Злым Духам кровавый пир.

Лети, ворон чёрный, к бескрайним лугам,
Что сокрыты горами от взора Богов.
Средь старых дольменов сыщи мой курган,
Проведи мою Душу в Долину Снов...
Одним тихим вечером я вновь прислушаюсь к зову Дороги. Сердце почувствует щемящий холодок - прощание призраков прошлого. Я оставлю Замок с разрушенной крышей, через которую вольный Узник Замка смотрит на звёзды. Он - персонаж закончившейся истории, не нашедшей места ни на одной из страниц книг.
Я неспешно закидываю рюкзак за плечи, он почти пуст - я иду налегке, лишь несколько мыслей, горстка воспоминаний и щепотка сомнений. Освободится ли когда-нибудь Узник Замка от собственных оков ?! Покинет ли свою обитель или же заделает крышу и перестанет смотреть на звёзды ?! Заглянет ли кто-нибудь однажды к нему в гости, или я буду последним, кто "переступил порог". Впрочем, кто я и кто он, он - прошлое, я - будущее, а может мы существуем вне времени и пространств. Но в одном я уверен - к этому Замку дорога меня больше не приведёт.
Погаснет костёр на далёком холме, дотлеют поленья в камине Замка, и лишь вечная музыка будет негромко звучать в его стенах, пронзая время, и призраки будут кружиться в танце, ожидая, когда Узник Замка присоединиться к ним.

Ещё одна сущность истлела, оставив след. Ещё одна маска рассыпалась в прах, обнажив следующий слой. Ещё одна история своим завершением создала начало. И так каждое мгновение, каждую жизнь, из Вечности в Вечность.

Странное чувство, на перекрёстке Миров, у истока новой Жизни... Нужно сделать глубокий вдох, первый шаг и, задавая себе темп, идти к горизонту, не оглядываясь назад.
Внемля шёпоту попутного ветра я иду навстречу заре нового дня...

Ждущим - даруется счастье дождаться

Ждущим - даруется счастье дождаться.
Верящим - чувство поддержки в минуту отчаянья.

В самую тёмную ночь я разведу костёр. Я покину свой пустующий Замок, оставив его призракам, что танцуют под звуки вальса под разрушенной крышей.
Взяв пару тёплых шерстяных одеял, свежий хлеб, скромный ужин и старое вино - уйду к старому холму, на самом краю леса.
Будут медленно потрескивать поленья в костре, над горизонтом возвысится Луна, осветив долину. И лунные цветки озарятся светом в ответ.
С другой стороны прозвучат раскаты грома. Неспешно приближается гроза. И я улыбаюсь, ведая тайну.
Скоро я скажу тебе "С возвращением!" и приглашу погреться у костра. Мы будем вглядываться в звёзды, или ловить взглядом зарницы.
Я расскажу тебе новые легенды, которые поведали мне стены Замка.
Но самое главное - я поведаю тебе открывшуюся мне истину - Ждущим - даруется счастье дождаться!

И лишь с рассветом, когда догорит костёр - каждый пойдёт своей дорогой, ибо есть те, кто ждут нас там, за горизонтом...
Да возгорится пламя сердец!
Да зацветёт Вечное Древо!
Падшему Князю - терновый венец!
Первородный огонь - его матери чрево.
Прозреет безумный слепец,
Провоет болотная птица.
Охотник - земной стрелец;
Добыча - небесная жрица.
В танце кружит первородное племя,
Время смиренно уходит вдаль.
В земле прорастает яблони семя
На острове том, где сокрыт грааль.
В туман уходят потомки богов,
Оставив наследника править Мирами.
Уходит эпоха битв и пиров.
Стирается грань между явью и снами...









Безмолвие мыслей

Это страшное чувство - чувство оторванности от прошлого, от настоящего, ощущение себя вне Мира, вне времени, чувство пустоты будущего. Словно удаляешься от своей Планеты в открытый Космос - беспредельная пустота - и ты отделяешься от единственной значимой точки отсчёта. От жизни, цвета, света - в бесконечную Тень Пустоты. События, люди, воспоминания - они всё дальше, они где-то там сплетаются в гармоничный узор, в Музыку Сфер, паутину людских судеб. Оторванный лист Древа Жизни, гонимый порывом ветра в Бескрайние Пустоши Небытия. Мысли пытаются зацепиться, воля стремиться выйти из анабиоза, но внутри лишь нарастает холод тщетности усилий, сковывающий, усмиряющий.
Становится страшно - своя жизнь словно чужая, далёкая, размытая пространственно-временными понятиями. Очнуться на пустой Планете, среди незнакомых звёзд, чужых созвездий и Солнц - как это странно, странно помнить свой Сон на Земле, лоскутки самой своей жизни когда-то казавшейся такой реальной и естественной. Те люди, те мысли - которые когда-то наполняли меня и Мир вокруг меня, тот Мир, которого давно уже нет, а может и никогда не было - так странно помнить всё это, пусть очень смутно, размыто, как отражение в лесном озере осенью, когда дно устлано опавшими листьями и вода в нём кажется то иссиня-чёрной, то невероятно чистой и прозрачной.
Давно уже нет ни тех мест, ни того Солнца, ни тех людей, ни того меня, ни Мира, который я видел когда-то тем своим взглядом. А я так и не смирился ни с таким феноменом, ни с таким феноменом как настоящее.
Мог ли я подумать тогда, что есть такое умение - жить, и что это умение так легко дающееся в детстве - так трудно удаётся по прошествии лет, ему можно разучиться. Мир рано или поздно разобьётся на осколки и нужно будет уметь левитировать в Пустоте среди этих осколков. Я так и не научился жить с оборвавшимися внезапно дорогами, всё пытаюсь мысленно увидеть нечто, что будет Выше моего понимания, но каким-то чудесным образом будет открыто мне.
Мне не хватает слов, что бы выражать свои чувства, свои неоформившиеся мысли. Я вижу отсутствие понятного мне смысла в некоторых словах, самых главных, мне кажется, для человека словах, и мне непонятны самые Священные чувства и чувствуя что-то в себе я не могу понять, что именно я чувствую и есть ли соответствующие слова, которые смогут передать самую суть. Возможно поэтому мне так нравится слово "Безмолвие". Это слово поселилось в моей Душе после рассказов Джека Лондона. Интересно, почему мне так нравилась тема Севера, быть может простотой и понятностью - все мотивы и чувства героев тех рассказов были бесхитростны, обнажены до простой сути жизни. И проживая жизнь в квартире, в общем-то сытую жизнь без какой-то острой нужды - я слишком отдалился от сути бытия, от самой жизни. Когда есть всё необходимое - начинаешь "цепляться" к пустякам в своём вечном людском стремлении к перфекционизму. Что-то очень важное, очень ценное я позабыл на своём наивно-ненастоящем, примитивном жизненном пути. И вот сейчас я вдали от всего того, что составляло мою жизнь, в медитативной рутинности своего бессмысленного бытия - наедине со своей пустотой, былыми иллюзиями, забытыми чаяниями и мечтами. Замер в ожидании чего-то, прислушиваюсь к своему Безмолвию, к безмолвию мыслей...
Поток времени сметает человеческие истории; сплетает, путает людские жизни, обращая всё в пыль, отделяя самую суть от изначального материала. Воспоминания и Души в Пустоте, материя же меняет формы, облепляет новые Души, обставляет новые жизни предметами. И не ведает никто когда потоку было начало, и дремлет Змий в Пустоте покусывая свой хвост. Хаос созерцает свою двойственность, а люди... Люди пытаются забыться, закутаться в кокон своих иллюзорных Мирков. Вопросы порождают сами себя, а ответы смертельным ядом отравляют сердца подготавливая их, словно лакомое блюдо, Пустоте. Среди жестокости, напряжения, боли и отчаяния, среди заблуждений и саморазрушений блуждают всеми забытые, всеми брошенные, всеми проклятые Священные чувства, чья Чистота воспринимается Миром как смертельное оскорбление. Лохмотья скрывают крылья, шрамы скрывают свет.
Присутствие их ощущается редко, но ощутив - это ни с чем не спутать, как глоток из родника измученному жаждой пустынь, как глоток свежего воздуха после комнаты, наполненной душными кошмарными сновидениями. В улыбке, в прикосновении, во взгляде, иногда в словах, а иногда без слов - являют они себя людям на краткие мгновения, вдохновляя и даруя силы на жизнь в этом Мире Хаоса, на противостояние Бездне Отчаяния, на битву с Всепоглощающей Пустотой Безвремья. И люди становятся чем-то незримо большим, чем просто разумные существа, населяющие Землю, становятся чем-то большим друг для друга и становятся способны на большее, нежели могли представить.
И мысли станут Мирами, и Музыка наполнит Пространство. Воспоминания, блуждающие по Замкам и Души смотрящие на Звёзды.
Это видит безумец, слепой к настоящему Миру, странствующий в небытие, узник Забвения и собеседник Душам на краю пропасти.
Если путь твой оказался тебе по силам - задумайся, твой ли это путь ?!
Не встретив препятствий чрезмерных - сумеешь ли ты свернуть ?
Сумеешь ли стать достойным
Награды, что ждёт тебя
Сумеешь сказать "Бесспорно, свой путь я прошёл не зря!"?

Впердь знай, среди искушений,
Среди болезни утрат,
Бесчисленных разрушений
Дорога ведёт не в ад.

Твой ад - лишь твоя условность
Та мера, что ты избрал
Дозволь мне немногословность:
Ты где-то себя потерял.

Раскрою все карты - ты Вечность,
Застывшая где-то в пути.
Сумевши познать Бесконечность
Едва ли ты сможешь найти

Себя, такого как прежде,
Когда тебе ведом был суд
Над истиной или надеждой...
Ты сам избрал себе кнут.

Теперь ты свободен ?! Едва ли!
Пусть я ошибусь стократ...
Твой Мир и тебя сломали,
Ты снова стоишь у врат.

За ними, быть может, та сущность
С которой тебе по пути.
Не столь плоха твоя участь -
Надо лишь только пройти

Сквозь них, без оглядки, без страха
Я верю в тебя, иди!
Восстанет былое из праха,
И будет тебя вести...

Кровь и плоть вновь обретая,
Улыбкой маня твой взгляд,
Та самая, что подлетая
Прошепчет "Тебе со мной в Ад"

Крылья её из света,
А лик её из сна...
Я вижу, ты пропадаешь:
О Дьявол! Прекрасна она!

Акстись безумец и внемли!
Тебе ли по силам сей путь?
А ты вместе с ней улетаешь
Что б Бездне в глаза взглянуть.

И тут мне пришло откровенье.
Я тоже бываю неправ!
Узрел я лишь увлеченье,
От мудрости ложной пав.

И вновь на краю, одинокий
Задумчивостью пленён
Я, смысл обретя высокий,
Незнанием был одарён...
Мир тонет в сумеречной дымке. Всюду опадающие листья и ледяной ветер, проникающий в Душу. Небо играет оттенками серого и, кажется, медленно опадает на землю.
Время движется едва заметно, тягуче. Дни становятся неразличимы, как повторяющаяся строчка заевшей пластинки.
Снова я пленник комнаты с тяжёлыми жёлтыми шторами, снова я осознал тот ад в котором пребываю, к которому, с омерзением осознавая, я всё же привык.
Уже совсем скоро настанет Самайн, время перехода. И я чувствую накопленную энергию, и иногда выходя на улицу ощущаю, как окружающая осень питает меня своей силой. Завершается очередной цикл и природа отдаёт оставшееся нечто перед Смертью-Зимой, что бы возродиться вновь с приходом Весны - обновлённой, полной энергией Жизни.

Становится трудно дышать. В этих стенах как будто изоляция от жизни. Я застыл вне времени, оно течёт снаружи, за окном. Где-то там все мои не прожитые жизни. И я брожу где-нибудь в лесу среди деревьев, под опадающими листьями, вглядываясь в безумие красок, вслушиваясь в окружающий шелест, хрустя сухими ветками и листьями под ногами и ощущая ветер, с воем проносящийся сквозь лес. И возникает желание то ли бежать, то ли кружиться до того момента, как земля примет в свои объятья павшего без сил обезумевшего, и накроет одеялом из разноцветных листьев.

В окно заглянула неполная Луна. Ей осталось расти всего несколько дней, но любопытство не позволяло ей смиренно плыть среди звёзд по ночному небосводу. Её привлекал одинокий огонёк, мерцающий в лесу. Это был мягкий свет, льющийся через небольшое оконце бревенчатой избы. Серая дымка неспешно тянулась из печной трубы. И если обострить обоняние, то можно было учуять аромат горячей похлёбки. А прислушавшись можно было услышать потрескивание поленьев, голоса людей и смех. Время от времени постукивали деревянные кружки. Вскоре и вовсе запели гитарные струны едва слышным мелодичным перебором. И негромкий хор голосов начал повествовать какую-то старинную и печальную историю любви. И лишь в последних строчках прозвучала искорка надежды. Струны и голоса умолкли и в воздухе повисло молчание, нарушаемое лишь потрескиванием очага. И кто-то тяжело вздохнул, подумал о чём-то своём, а кто-то просто молчал сочувствуя героям легенд и сказаний, чьи сердца были затронуты священным чувством, перед которым отступали все страхи, страдания и смерть.
Но вновь наполнились кружки. Короткая фраза и гулкий стук. Короткое молчание. И чей-то мужской голос начал повествование, уже не тревожа струны гитары. И ко внимающим разказчику людям, греющимся в доме прибавилась Луна, украдкой заглядывающая в оконце...

Вспомнивший имя - сумеет дорогу найти.

Белая мгла затянула небо и прохлада вернулась в город, проникая в дома. Лето из года в год становится всё более неуловимым, слишком быстрым и едва заметным. Оно проносится в суматохе будничных дел, в шуме города.
Последние дни перед августом - месяцем, который я считал в чём-то своим, любимым. С него началась моя жизнь, в нём проходили яркие дни моего забытого детства. Месяц яблок, месяц стогов сена под плывущими облаками, месяц птиц на закате, месяц гроз и ветров, играющих с воздушным змеем, месяц ожидания возвращения в "живой" город с накопленными силами, впечатлениями и мечтами. Месяц друзей и одиночества, месяц звёздного неба и ночных костров.
Тогда я не ощущал течения жизни и времени - оно просто было во мне самом, и мне этого было вполне достаточно. Я ничего не ожидал, но всё было само по себе, ярким, особенным, наполненным.
И вот, прожив четверть века я понимаю, что этот август будет другим нежели те, прежние, которые мне удалось вспомнить.
Моё псевдосозерцание прервалось, и я мгновенно осознал - как же мне осточертело стоять на краю и всматриваться в Пустоту. Я почти обратился в камень, хранящий воспоминания, но не способный более видеть, слышать, чувстовать и перемещаться. Быть может, этот край, на котором прервался мой путь - состоит из таких же как я, пришедших давным-давно взглянуть в лик Пустоте и обращённых в безжизненную горную породу. Бесконечно растущая гора, взобраться на которую становится всё тяжелее, но всегда находится кто-то, кто мечтает покорить вершину, взобраться на самый край бытия и свесив ноги дерзнуть взглянуть в Вечность. И вот, достигнув своей цели - не хватает смелости на ещё один шаг вперёд, в пропасть, но также и не хватает сил отвернуться от Пустоты, вернуться к чему-то прежнему, и избрать новый путь.
Время - Уроборос неспешно пожёвывает свой хвост, а обречённая Душа - в сознании круг за кругом проходит одни и те же испытания, не способная найти в себе хоть чуточку ещё смелости или силы, что бы прервать цепочку возникающих образов. И казалось бы - лишь смирение остаётся до часа, когда камень вытеснет Душу, а круг сузится в точку, надо лишь подождать и прекратить внутреннее сопротивление, отвергнуть саму мысль об ином исходе. Но время от времени слышится издалека чей-то голос, возникает ощущение что кто-то там вдалеке от этого края, от этой Пустоты окликнул тебя по давно забытому имени. И в Душе зарождается пламя надежды, ещё недостаточное, что бы пробить камень, но дарующее ощущаемое тепло, нагревающее камень изнутри. И мысли освобождаются от оков летаргического сна, и вот как будто бы заметен шов в бесконечном круговороте. Душа рвётся пробить его, и затуманенный взгляд становится вновь видящим. Но взгляд обращён к Пустоте, а та вновь, словно гипнозом, лишает сил, окутывает отчаяньем. И мысль запуталась в коридорах сознания: "Запущенный когда-то процесс необратим".
И снова слышится чей-то голос. Чуть ближе или чуть дальше. Быть может, кто-то идёт той же дорогой, что бы стать камнем. А быть может, кто-то устав ждать - уходит, позвав в последний раз...

В полусне или полубреду страдающая в камне Душа сжалась. Боль и холод - спутники перехода в иное, Высшее состояние - стать частью Вечности, раствориться в ней.
Яркий свет, излучающий тепло. Оживляющий камень. Время - песочные часы, которые вмиг перевернулись, и песок стал отсчитывать новое...
Этот голос, совсем рядом, но не позади - он напротив, между мной и Пустотой.
Над пропастью Она, раскинув крылья, улыбаясь, дарует вдохновение Жизни...
Состояние: Меланхолия с оттенком надежды и сомнений
Музыка: Mogwai
Я жив в сновидениях, а в жизни словно бы и мёртв. Меня пробуждают к жизни на короткое время люди. Они дают мне точку опоры, или же даруют временное безумие. Но как костёр, в который не подбрасывать ветки - со временем я обращаюсь в тлеющий уголёк. Впрочем, все люди как угольки - тлеют со временем, обращаются в пепел, который уносят порывы ветра. Но если угольки будут рядом - то возгорается пламя и ветер лишь усиливает его. Один уголёк способен тлеть довольно долго, но если поддерживать огонь - он прогорит быстро. Наверное, отсюда и страх во мне - быстро прогореть. Но моя стихия - огонь, и я не способен смириться с участью тлеющего уголька. Противоречивая суть. И такова моя жизнь, невольно идёт как по строчкам Экклезиаста. Вот только я так и не смог научиться смирению, да и в Душе - я не хочу смиряться. Мне не хватает воли на дерзновение. И потому так не хочется порой покидать Мир Сновидений. Только там я свободен от самого себя. Одно лишь печалит - люди, которые притягивают меня в жизни - в Сновидениях ещё дальше, ещё более неуловимы.

Сущность, закованная в цепи.

Так много времени провёл я "без движения", что успел позабыть это чувство. Чувство, когда Душа тянется к людям, но вдруг оказывается во власти нерушимых цепей, намертво приковывающих к Обители Пустоты. Но относительно недавно мой Мир пошатнулся, и я будто очнулся от летаргии, потерял иллюзорное ощущения покоя. И вот Душа временами мечется, как пёс на цепи, услышавший "Зов Предков". Но в отличие от пса, который рано или поздно сорвётся с цепи и побежит в лес, ведомый инстинктами - Душа моя в цепи заковывает сама себя, и потому даже вырвавшись на краткий миг - она возвращается и лишь крепче сковывает себя.
Много раз я ждал чего-то, и приходило время, а я, лишь ощущая напряжение каких-то внутренних цепей, наблюдал как всё проходит и становится прошлым, оставляя лишь тяжёлое чувство в Душе. Бывало, что я бежал от Мира, вернее, быстро шёл в неизвестном направлении, не осознавая, ощущая болезненное отчаяние. Потом, когда это проходило - я оказывался в незнакомом месте и долго блуждал в поисках дороги к дому. И становилось странно и страшно. Я не понимал и не понимаю себя, почему вместо того, что бы позвонить, постучать в дверь, написать кому-то или сказать что-то - я словно теряю рассудок, сковываю себя цепями или стремлюсь убежать от своей жизни. Впрочем, убежать, как показывает время, я уже не пытаюсь. Может быть цепи стали прочнее, или сил на попытки вырваться стало меньше.
Хочется верить, что всё это имеет какой-то смысл, который мне пока недоступен. И в то же время, хочется свободы от этих цепей. Казалось бы - нет ничего проще, ведь я сам Мастер своего Мира, но что-то почти столь же простое как дыхание - заставляет Мастера терять рассудок, приковывать себя цепями и бездейственно наблюдать за ускользающим временем Жизни. Быть может, это Мастер сковывает Демонов в себе, не даёт вырваться, а быть может, это Демоны сковывают Мастера и не дают ему бежать. Я знаю, что всё преходяще и со временем становится легче, и всё будто возвращается на круги своя. Но где-то во мне есть страх, что вновь я испытаю то чувство рвения Души в цепях.

Запись посвящённая мечтам.

Трудно себе представить что-то более личное, более характеризующее Душу человека, чем его мечты.
Есть люди, которые упрямо следуют к своей мечте, есть люди, которые меняясь - меняют и мечту, а есть люди, которые в поиске этой самой мечты. Ибо если нет Высшего смысла - значит его создание возложено на самого человека.
Мечты - это часть свободы, которую никто не в силах отнять. Но мечты - очень хрупки и призрачны, и чем ближе они к достижению - тем более уязвимы. А когда они становятся реальностью - то неизбежно меняют человека, даруя счастье, или разочарование, возвышая до невообразимых высот или низвергая в Бездну.

Непросто говорить о мечтах, быть может, чуть легче, чем о Душе. Для кого-то мечты - это цель, живая и требующая достижения, для кого-то ориентир на жизненном пути, а для кого-то - это Воздушный Замок, который парит на горизонте, недостижимый, но бесконечно прекрасный, побуждающий восхищаться и радоваться самому его существованию. Для меня же, на данный момент, мечты - это образы, моменты, которые я хотел бы запечатлеть в своей жизни, прожить, прочувствовать. Но сложность в том, что я разделяю мечты и реальность как два разных Мира, чьё столкновение привело бы к аннигиляции. Иначе говоря - мои мечты должны оставаться мечтами, к которым невозможно прикоснуться. И потому - они сакральны для меня, и мне сложно придать им словесную форму. Но я обещал попробовать.

Судя по моим одним из первых моих записей в жизни, в раннем детстве я мечтал о том, что бы быть фермером, что бы у меня был большой деревенский дом со скотным двором, что бы было много-много животных, был трактор, вертолёт, и что бы я смог радовать близких мне людей (то ли хотел что-то подарить, то ли помочь с хозяйством). Интересно, что в той записи значилось что я не планировал жить один, я придумал себе подругу.
Вообще в детстве было много мечтаний, как, наверное, и у всех детей, которые познают Мир и сочетают любопытство с неограниченной детской фантазией.
В ранние школьные годы было также много интересов, и соответственно, появлялись мечты. Главным образом, я мечтал стать палеонтологом. Хотя я тогда слабо представлял в чём состоит эта профессия, но мечта соответствовала моему тогдашнему интересу - доисторическому Миру, Мезозойской Эре с её специфической фауной.
Прошли годы, интересы развеялись, и всё изменилось. Я, моё видение Мира, моё мироощущение, да и вообще всё. Внутренний Мир человека способен рухнуть в одночасье, оставив Душу наедине с искорёженными руинами всего того, чем жил человек все прежние годы. И тогда происходит метаморфоза. Человек возвращается в реальный Мир другим существом, и, зачастую, другой становится его мечта.
И в один день, а скорее - вечер перетекающий в ночь - я осознал, что в этом Мире, в этом времени нет и не будет места для меня.
И тогда, сидя на балконе, глядя в ночное небо, в огоньки окон дальних домов, уходящих за горизонт у меня появилась мечта - уйти в другой Мир.
Наверное, это побудило во мне желание что-то написать. Создать свою реальность, пусть и на бумаге. Альтернативная жизнь, насыщенная, яркая, как та, что я проживал в ночных кошмарах и сновидениях.
Сейчас я примерно представляю что скрывалось за всем этим. Наверное, это знакомо многим людям, не успевшим забыть свои мысли в определённом возрасте.
Людские страхи, сомнения, поиски, чаяния - всё это не чуждо мне. Я по своему пережил не самое простое время жизни. Но так и не смог самоопределиться, найти себя в этом Мире, или найти выход в иной Мир.
Крайне интересно, если вдруг всё же представится возможность - и меня будет отделять один шаг от Мира, альтернативного нашему - сделаю ли я его, хватит ли воли, а главное, пробудится ли желание.
Так или иначе, прошли ещё года, и их было немало. Многое прожито, многое переосмыслено. И вроде бы я как будто смирился со своим существованием в этом Мире. И потому юношеские мечты о другом Мире перешли, наверное, в иную форму.
Не знаю, хватит ли мне сил что бы придать им словесную форму. Они красной нитью проходят через мою нынешнюю жизнь, наверняка отражались и в ранних записях.
Мечты вне Мира - этого, или иного, но внутри моей Души. И словесной проекцией сможет быть лишь одно мгновение - зарисовка.

Мгновение мечты.
//
Я хотел бы видеть себя, сидящим в большом уютном кресле. В которое проваливаешься как в детстве, в кресло, стоящее на кухне, или как то, которое было в дачном домике у сестры моей бабушки.
Кресло стоит напротив большого камина, в котором потрескивают поленья. Мягкий свет освещает просторное помещение старинного замка, построенного из больших камней. На стенах гротескные гобелены и картины, на которых изображены мифические сцены. На небольшом столике стоит стакан с чем-нибудь горячительным, и это что-нибудь из собственного погреба. Вкусное, согревающее, достаточно крепкое, что бы с одного глотка ощутить жизнь.
Рядом, на своём любимом коврике старый верный пёс, положил голову на лапы и смотрит то на камин, то на меня.
Я держу в руках книгу, рукопись. Одну из множества, что хранятся в моей небольшой, но характеризующей меня библиотеке. Это черновик моей написанной книги. И я вслух зачитываю псу мои любимые моменты, те главы, в которых мой верный пёс сыграл не последнюю роль. Я не могу сдержать улыбку, а пёс слушает и смотрит с таким понимающим взглядом, нет никаких сомнений, он помнит всё так же как и я, как будто это было вчера.
Ни годы, ни старческая немощь не сломили нас. Просто захотелось чуточку покоя в яркой и насыщенной жизни, и этот покой всегда ждал нас здесь.
С нетерпением жду каждого восхода и заката, а особенно мне нравятся вечерние прогулки по саду. Этот запущенный сад перед замком, с его вековыми деревьями, с небольшим озером, в котором плавают кувшинки, с беседкой, поросшей плющом. Идеальное место, что бы побыть наедине со своими мыслями и воспоминаниями.
Но всем призракам прошлого, какими бы притягательными они не были, я предпочту Её, свою спутницу жизни - этой и всех, что были и будут.
Счастье - невозможно прочувствовать одному. Только разделив его с кем-то оно обретает смысл.
Пусть я наивен, веря в связь Душ. Это не имеет никакого значения. Значимо лишь то, что наши Души вновь нашли друг друга, а, быть может, и не теряли никогда. И теперь, держась с Ней за руки я готов взглянуть в лицо Бездне.
У меня не осталось сожалений, я понял главное и с уверенностью могу сказать, что всё было не напрасно. Эта жизнь стоила что бы её прожить - и я счастлив, что смог разделить так много ярких мгновений с друзьями и с Ней.
//

Такова, наверное, моя мечта. Одна из, но, наверное, самая приближенная к реальности, опуская подробности про замок. Но что поделать, в рамки мечту не запихнёшь.
Всё сводится к тому, что я хочу прожить множество жизней, или одну, но яркую и наполненную, что бы хватило на множество жизней, и, конечно, хочу прожить её не в одиночестве.
Ещё я как-то уже оставлял запись про таверну и ночную прогулку по аллее - это тоже из разряда мгновений мечты, которую хотелось бы прочувствовать, прожить.
И, пожалуй, ещё одна мечта, но совсем трудно поддающаяся описанию. Мечта прикоснуться к Легенде, Чуду, стать частью чего-то большего, чем способен представить мозг человека-обывателя, проживающего жизнь в мегаполисе. Что-то в строчках Кельтских мифов. Быть может, найти свой грааль и обрести наконец веру, надежду и любовь в этой жизни.

Надо взять за привычку - записывать свои ночные мысли. Выпускать этих чудовищ побродить по Внешнему Миру.
Увы, я совершенно не умею вырабатывать в себе привычки. И в то же время если привык к какому-то образу жизни - то не способен сознательно его преодолеть, пока не позволю какой-нибудь навязчивой идее разом вырубить все мои блоки, сомнения и страхи. Я привык сидеть дома. Но не строю никаких сомнений на счёт того, что рано или поздно настанет миг, и безумство сорвётся с цепей, и на какой то миг я потеряю то ощущение ненавистного мне ныне покоя. Впрочем, всё так же быстро и закончится, я вернусь к прежнему образу "жизни" и так же по ночам на кухне буду размышлять и предаваться меланхолии. Всё возвращается на круги своя - и в этот самый момент я считаю это частью проклятья. Где-то внутри меня есть порыв - вырваться из всего этого, идти без оглядки, без остановки, без сомнений, сожалений и страхов. И этот порыв не стерпит возвращения к прежнему - он должен видеть новые горизонты, во что бы то ни стало. Он антогонизм всего того, чем является моя нынешняя жизнь. Но покуда одному - пребывать во Внешнем Мире, другому - быть распятым на цепях во Внутреннем.
Всюду этот ненавистный дуализм. Но сама мысль о том, что всё едино - мне претит. "Ничто есть Всё, Всё есть Ничто". Это не успокаивает меня, не даёт побуждения к Жизни, не приносит радости. Такая концепция видится мне бессмысленной, впрочем, концепция дуализма так же не приносит утешения - это лишь бесконечная цепочка вопросов, пораждающих следующие вопросы. Наверное, всё это не важно, важно что-то другое, что все мы упускаем и все эти концепции - несовершенны, попытки успокоить себя, создать иллюзорную опору.
Затянувшиеся холода - неплохое оправдание продлить своё безмятежное "небытие", посадить зёрнышко надежды и веры в то, что когда придёт лето - всё обязательно изменится, будет что-то новое, интересное, захочется покинуть эту обитель и начать жить. Но я убеждён, что не от внешних проявлений или обстоятельств зависит изменение к лучшему, а главным образом от внутреннего побуждения. Всё должно идти из самой Сущности, изнутри - должно возникнуть желание, и только потом должен встать выбор перед разумом сделать шаг или остаться обездвиженным. Меня страшит то, что я едва помню - каково это - когда внутреннее чувство ведёт за собой - и не менее страшит то, что я закостенел и вполне возможно, уже не способен буду сделать шаг - сомнения и привычка мёртвой хваткой вцепятся в волю и не дадут сорваться с цепей безумию жизни.

Недавно в голове засела мысль - фраза. То ли из фильма, то ли мелькавшая в интернете, а может и в книге. Не помню дословно, но суть - обоснование необходимости человеку прожить жизнь с кем-то. В той фразе говорилось о том, что Миру важно общество в целом, человечество, а конкретная жизнь конкретного человека - может остаться незамеченной и будто бы неважной, тот самый "многострадальный" "винтик в механизме". И что бы не остаться безликим "винтиком" - человеку нужен свидетель его жизни. Конечно это та же самая духовная потребность о которой и так известно, просто высказана она в несколько непривычной мне форме. И мысль эта мелькает фоном последние дни, или, может, недели.
Это кажется мне немного странным, ведь я давно уже не верю в Высшую Цель, мне не кажется значим так называемое "бессмертие" в памяти потомков, не верю в те красивые образы жизней после смерти, и вообще человеческие потребности, кроме инстинктивных мне кажутся искусственными, производными от базовых и доведёнными тысячелетиями до того, чем Духовно ныне живёт человечество.
Но эта фраза неплохо вплетается в те образы, которые сейчас мелькают в моей голове. Я смотрю на свою жизнь, как на историю, но не со стороны автора, как раньше, а со стороны свидетелей. И сравниваю. Людские жизни, судьбы - рассказанные мне, или те, которые я увидел в фильме, или прочитал в книге - они не оставляли меня равнодушным. Да, на то оно и искусство - но рассматривая свою жизнь под призмой "наблюдателя" - я ужасаюсь её бесцветностью, бессмысленностью, порой глупостью и почти всегда рутинностью. Да, я знаю, значимы мелкие детали - и мы не можем выкинуть из жизни многие вещи, хотя если вырезать всё лишнее - возможно жизнь и состояла бы из множества интересных историй и впечатлений. Но всё же контраст меня печалит. И в то же время я осознаю, что будучи на месте героя книги или фильма - всё было бы иначе, чем представлял себе автор. И что многое из того, что впечатляет нас оставляя приятные воспоминания - в жизни обернулось бы не ярким впечатлением, а адом, корёжащим жизнь или ещё одним "случаем из жизни" - которых и в каждой обыкновенной людской жизни хватает. Мы просто, зачастую, не умеем рассказывать - и, что важнее, порой нам просто некому рассказывать. Нет того свидетеля жизни, о которой говорила та фраза, что не выходит у меня из головы. Быть может, фраза права.
И закончить мыслеизречение я хотел бы надеждой на то, что однажды и из моей жизни можно будет "сделать интересный рассказ", не в пример тому, который я смогу поведать на данном этапе своей жизни, и найдётся Душа, которой этот "рассказ" будет важен и не оставит равнодушным. И что, пожалуй, самое главное - найдётся та Душа, с которой этот "рассказ" будет "написан в соавторстве". Быть может, не столь важны "свидетели" жизни, как "соавторы"...
Как же непросто быть человеком, по крупицам наделять свою жизнь смыслом, ощущать как ускользает время - мгновенье за мгновением. Гениальное изобретение - одно из множеств, что создал человек - песочные часы. Удивительно наблюдать отождествляя свою жизнь с падающими песчинками. А потом размышлять - есть ли кто-то, кто с падением последней песчинки - перевернёт песочные часы твоей жизни. И так отчаянно хочется в это поверить, поверить в свободу от власти небытия. Но сомнения плотным облаком обвивают веру, не давая ей свежего глотка воздуха. Страх Пустоты, порождающий Страх Смерти, порождающий страх Бессмысленной Жизни. Всё это не оставляет в покое, а отсутствие веры, или иного сильного Высшего Чувства - делают смирение невозможным. Знания - сами по себе ничего не стоят, но как призраки - шлейфом волочатся за человеком, бредущим по жизни в поиске чего то важного. Наверное я что-то упускаю, наверное я до сих пор толком не умею жить, не улавливаю какой-то важной основы. Каждый шаг даётся всё трудней, от строчки к строчке - всё сложнее удержать мысль, а остановиться - смертеподобно и мысль эта страшит люто, но всё к этому и ведёт. Воля стачивается как карандаш, а рисунок так и не обретает никакой формы.
Я пытаюсь отвлечься - на музыку, на кинематограф, на времяпрепровождение с друзьями, на общение - но с годами всё это сходит на нет. Музыка приедается, фильмы заканчиваются, люди отдаляются - и я снова и снова остаюсь наедине со своей Пустотой, как узник мыслей-демонов проклявших мой жизненный путь, лишив его того манящего огонька, который ведёт куда-то подальше от этих Бездн отчаяния, бессмыслия и пустоты.

Простые истины, ведущие вникуда. И всё же, ведомым приходится идти...

Дурацкая привычка пришла с годами - сидеть ночами на кухне и размышлять о бессмысленности бытия. Иногда отвлекаю себя музыкой, иногда просмотром фотографий - но рано или поздно приходит вечер, подобный этому, когда я вижу себя со стороны, отчаянно швыряющегося всем, что попадается под руку в Бездну Вечности и этого вида хватает, что бы с внутренних цепей сорвалось отчаяние.
Чёрт, я и правда не знаю что из себя представляю на самом деле, не смогу выразить что из себя представляет моя жизнь. И вроде бы сложилась некая система ценностей, пусть и шаблонная - но я не знаю как себя мотивировать на что-либо. Я не вижу завершения своего пути, конечной цели - и я к этому привык уже много лет назад, но, как следствие, я не вижу смысла делать осмысленный шаг в какую-то сторону. В этом вопросе я как перекати-поле, сухое, безвольное, катящееся туда, куда шлёт ветер и останавливающаяся там, где случайно за что-то цепляется. Быть может, это и не так плохо, если бы где-то часть меня так отчаянно не кричала бы от боли, время от времени. Но так как дальше Криков Души дело не заходит, я действую по привычной схеме, балансируя на грани бездействия. Когда же что-либо вынуждает меня как-то отреагировать, или принять выбор - вот тут происходит серьёзный сбой. Я сталкиваюсь с самим собой, со своими сущностями, которые, порой, являются противоположными крайностями не желающими идти на компромиссы. В подобных спорах с самим собой рождается не истина, а непонимание. Таким образом многие человеческие аспекты рождают Чёрные Дыры в, назовём это Пространстве Души. И дальнейшее своё существование я учусь влачить в смирении с наличием этих Непониманий. И вот одна из моих сущностей не торжествуя, но констатируя, гнёт свою линию - минимум действий, минимум изменений, если шаг, то только осмысленный и целесообразный, а коли таковых нет, то по пути наименьшего сопротивления и боли. А другая сущность при этом остаётся в цепях вопить о том, что надо же что-то делать, надо учиться жить и радоваться жизни, что бездействие и смирение - тупиковый путь и коли всё бессмысленно, лучше уж действовать через ошибки, боль и познание, что бы появлялось им в противовес нечто, насыщающее жизнь, пусть не смыслом, но неким субъективным его подобием.
Слова не рождают действие, а действие не наполняется само смыслом. Время безразлично и бездушно, уходит себе мгновенье за мгновеньем, оставляя меня наедине с Пустотой. А я вроде бы и научился смотреть Ей в лицо, вот только по прежнему не могу смотреть без страха, с достоинством. Не могу добить в себе нечто живое - оттого и прихожу к одному и тому же, но и освободить себя не могу. И так предательски мелькает на горизонте мысль о том, что всё, чёрт возьми, не напрасно и что будет день, когда... А впрочем, именно эта мысль и отделяет, пожалуй от небытия.
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 ... 9