Квартет сексуального бедствия

ХОРОШИЙ СЫН
Он был хорошим сыном и, как все хорошие сыновья, по-настоящему любил свою мать. На самом деле он совершенно боготворил эту женщину.
И всё же, он не мог заниматься любовью с ней; только не в присутствии отца, сидящего и наблюдающего за ними.
Он вылез из постели и набросил халат, чтобы скрыть неловкую наготу. Идя из комнаты мимо отца, он услышал, как старик сказал ему вслед: "Да, Эдип, твой ёбаный комплекс налицо".



КАК СОШЛИСЬ ЖЕСТОКАЯ СТЕРВА И ЭГОИСТИЧНЫЙ УБЛЮДОК
Она была жестокой стервой; а он эгоистичным ублюдком. Они буквально врезались друг в друга однажды вечером в пабе Грассмаркет. Они смутно припомнили, что их кто то когда то знакомил, но не могли вспомнить никаких подробностей. По крайней мере, именно это они сказали самим себе и друг другу.
Она за словом в карман не лезла и вела себя крайне оскорбительно, но он не обращал на это внимания, так как был безразличен ко всему, за исключением восьмидесяти шиллингов (восемьдесят шиллингов — так в Шотландии называют крепкое темное пиво — прим.перев.), которое опрокидывал пинту за пинтой. Они решили пойти в ее квартиру перепихнуться. У него своей квартиры не было; сидя на полном обеспечении у родителей, он считал бессмысленным обзаводиться ею.
Сидя на кровати, она наблюдала, как он раздевается. Ее лицо помрачнело, когда он снял с себя свои пурпурные боксерские трусы.
— Кого ты рассчитываешь удовлетворить этим? — сердито спросила она, бросив на него презрительный взгляд.
— Себя, — ответил он, ложась на кровать рядом с ней.
После самого процесса, она злобно поносила его выступление с таким ядовитым сарказмом, которое разорвало бы хрупкое сексуальное эго большинства мужчин в клочки. Он едва ли слышал хотя бы слово из тех, что она сказала. Его последние мысли, когда он проваливался в пьяный сон, были связаны с завтраком. Он надеялся, что у нее довольно много съестного и она приготовит утром хорошее жарево.
Спустя несколько недель они уже жили вместе. Люди говорили, что они прекрасно ладят друг с другом.


[]



МНОГО СМЕХА И СЕКСА
Когда мы пустились в это великое приключение, ты сказала, что много смеха просто необходимо в наших отношениях.
Я согласился.
Ты также заметила, что много секса столь же значимо в отношениях, как и смех.
И снова я согласился. От всего сердца.
На самом деле я точно помню твои слова: смех и секс — барометры отношений. Вот такое заявление ты сделала, если мне не изменяет память.
Не пойми меня неправильно. Я не могу больше соглашаться. Нельзя же одновременно трахаться и смеяться, ебаная ты корова.



РОБЕРТ К. ЛЭЙД: СЕКСУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
Рэб ни разу в своей жизни не ебался; бедный маленький мудак. Кажется, его это и не слишком то беспокоило, имейте в виду.

[]


© Ирвин Уэлш
"В психологии под комплексом Брюнхельд понимают конфликт между женским началом и необходимостью демонстрировать мужскую модель поведения"

Моя бабушка-немчуга знала, она знала!

[]

*Кто не помнит Старшую Эдду, легенда о Брунгильде и Сигурде - это история о наёбках, жестоких подставах и прочем магическом криминале с грандиозно трагической финалочкой. Ищите бестселлер на полках интернет-ридеров!
этеншн:
Коварен и опасен белградский чад кутежа!


п.с. вообще то, что было ночью - принадлежит только ночи и днём об этом не говорят
п.п.с. а ещё есть такое "ничего не помню, ничего не знаю, это была не я и меня там не было"
Каждый подарок несёт в себе жертву.

Волкова, ты же понимаешь, о чём речь?

Стенфордский тюремный эксперимент

А теперь с вами наша постоянная рубрика
"Вспомнить всё или Шахматы для долбоёбов"


Просветительская статейка для вас, фрукты и овощи

[]


Занимательный психологический эксперимент был проведён профессором Филиппом Зимбарго в далёком 1973 году. По задумке должен был представлять собой всего-навсего психологическое исследование реакции человека на ограничение свободы, на условия тюремной жизни, и на влияние навязанной социальной роли на поведение. Тогда в америчке это был весьма злободневный вопрос.

[cокращено]
[]

Клинкер головного мозга

Дело было так:
По возвращении с работы задремала случайно, и снится мне, что комната моя уже вовсе не комната, а офис, и заполняют его кирпичи... Восхитительные немецкие кирпичи, совершенство в чистом виде. Я смотрю, наслаждаюсь, я, можно сказать, в нирване...
И тут ВНЕЗАПНО заходит маман, на что я возмущённо восклицаю

"Мама, осторожно, это же Roben!!!"


[Roben]
Полторы минуты уничтожения.

[Полторы минуты уничтожения]


(с) Пётр Ловыгин

Selesta come back?

Я не умею вести дневники. Об этом говорят десятки аккаунтов на две-десять записей, раскиданных по самым злачным местам.
Но русские не сдаются.
Господамы, новый забег по художественному выдавливанию мыслей объявляю открытым.

п.с. своими соображениями и переживаниями делюсь крайне неохотно, поэтому данный дневник назначаю зоной, свободной от санта-барбары и прочей сопливой ереси.

Muzltoff.

Кстати, вы знали, что в психиатрии синдром, сопровождающийся деперсонализацией, нарушением восприятия времени и пространства, собственного тела и окружающей обстановки, официально называется "Алиса в стране чудес"?


[]
Ребятки, подкиньте всяких новостных сайтов, чтоб хоть знать что нового и где-чо-как

Прилепин о женщинах

«Где-то посередине города зачем-то остановились. И здесь мы впервые
увидели вблизи девушку, в юбке чуть ниже колен, в короткой курточке,
беленькую, очень миловидную, с черной папочкой. Так все и застыли, на нее
глядя.
- Я бы ее сейчас облизал всю, - сказал тихо, но все услышали, Дима
Астахов. Честное слово, в его словах не было ни грамма пошлости...
Девушка обернулась и взмахнула нам, русским парням, красивой ручкой с
изящными пальчиками. Некоторое время я физически чувствовал, как ее взмах
осеняет нас, сидящих на броне. За городом подул ветер, и все пропало.»

***

«- Девочку хочу, - вдруг говорит Саня.
- На ужин? - глупо шучу я и, понимая глупость своей шутки, продолжаю: -
Чего это вдруг? Только вторая неделя пошла.
- Ты представляешь, Егор, - вдруг говорит мне Саня, - я вот что
подумал: это ведь ужас, что на земле есть девушки... тонкие, нежные...
- Чего ж тут плохого? - спрашиваю, чуть вздрагивая от нежданной Саниной
искренности.
- Егор, ты пойми, вот ходят все эти существа, на них трусики надеты,
тряпочки всякие... грудки свои девочки несут... попки... и у каждой из них,
подумай только, у каждой - ни одного исключения нет - между ног вот это
розовое... серое... прячется, - Саша сглотнул слюну. - Это ведь божий дар,
то, что у них это есть. Не у всех, конечно, божий дар... У многих - так,
просто орган... Но у некоторых - это божий дар. А девушки, Егор, все девушки
им торгуют. Балуются им - этим даром. Не так торгуют, чтоб блядовать, а
просто разменивают... как папуасы... на всякие побрякушки. Я пока пацаном
был, в школе пока учился, думал, что нормальные девочки все недотроги. Ну,
не так чтоб никогда и никому... но, по крайней мере, серьезно это делают,
отчет себе отдают. Со шлюхами все понятно, а вот если есть у девушки голова,
она же понимает, что всякие прелести ей не просто так даны. Как думаешь,
Егор? - не оставив ни секунды мне на ответ, Саня заговорил дальше: - Я до
нашего спецназа три работы сменил. В разных конторах работал, у меня ведь
отец буржуй, он меня пристраивал.
- Кем работал? - зачем-то спрашиваю я.
- Да какая разница, кем... Черт знает кем. Там полно было девушек,
самых разных возрастов. Малолетки были - после школы, первый курс
какого-нибудь юрфака... лет двадцати - двадцати двух были, которым замуж
пора... замужние были, пару-тройку лет в браке... О разведенках вообще
молчу... Не скажу, чтоб я там их всех перехапал. Было, конечно. Дело не в
этом. Дело в том, что они с самого начала собой торгуют. Устроится такая
девочка на работу, улыбается, заигрывает немного, но все красиво...
пристойно... А потом, когда поближе познакомимся все... Восьмое марта,
скажем, отметим... Вот тут надо только момент уловить, чтоб, как на рыбалке,
подсечь. Выпила она чуть больше, развеселилась - ты ее рассмешил, заставил
ее хохотать, всех девочек и не девочек тоже заставил смеяться... А потом вы
курить выходите, и ты ее (пока она гордится перед подругами, что ты ее, а не
их курить позвал), ты ее сразу - цап... Или другой вариант: ее парень
обидел. Девочки обычно в этот день задумчивые приходят на работу,
раздраженные даже... Главное, с менструацией этот день не перепутать. Вот ее
парень обидел, а тут ты наготове. Тютьки-матютьки, заливаешь ей...
изображаешь из себя такого внимательного, понимающего, всепрощающего... И
веселого. Девушкам ведь надо всего три вещи: чтоб их смешили, чтоб их
баловали и чтоб их жалели. Я имею в виду, для того чтобы... они могли
поделиться своим даром... Всего ничего им надо. И не дают они некоторым
вовсе не из чувства собственного достоинства, а потому, что тот, кто
добивается, все условности необходимые не соблюдает. Сделай, как надо, и все
будет, как хочешь. Я это десятки раз видел. И сам пробовал. Иногда прямо на
работе, в кабинете... Можно домой ее к себе позвать. Можно к ней в гости
зайти. Самый гадкий вариант - в гостинице. Туда только законченные твари
идут. Гостиница - погостили и ушли. Член погостил в ней и - до свиданья... Я
почему-то сразу никогда не понимаю всего бесстыдства происходящего. Зато
сейчас очень хорошо понимаю... Ты подумай, Егор, мужики - они лопухи. Но в
них, в хороших мужиках, нет этого бесстыдства. Они тоже, конечно, бывают
хороши. Но у них, у мужиков, Егор, божьего дара-то нет. Хер себе и хер.
Висит. Какой это божий дар? И самое главное, это не парни девочек снимают, а
наоборот. Всегда наоборот. Есть, конечно, кобели. Но их мало. А все
остальные мужики - простые существа. Не мудрые. Их самих девушки снимают. Я
серьезно... Импульсы от них исходят, от девочек: рассмеши меня, покатай меня
на машине, купи мне что-нибудь... чулочки... пожалей меня, когда мне
грустно... и всЈ!... Ты представь, Егор! - Саня повернулся ко мне. - Он ведь
совершенно чужой ей человек, этот мужик, парень, пацан. Никто ей. Она его
едва знает. И она, девочка, совсем голенькая, ложится с ним вместе. В рот
себе берет его... мясо. Из любопытства, что ли? Никогда не поверю, что
случайному человеку это приятно делать! Ножки забрасывает ему... Куролесит,
как заполошная... Он ее мнет всю, тонкую... В троллейбусах, в трамваях все
девочки сидят как подобает, никто на голове не стоит. Попробуй тронь там, в
троллейбусе, девушку. Погладь ее. Получишь сразу. А вот если ты сделал
какой-то набор действий, самый примитивный, - она сразу на все готова. Она
знает-то тебя на одну пару чулочков и на четыре глупые шутки больше, чем
соседа в трамвае. И уже готова от тебя зачать ребенка! Даже если у нее сто
спиралей стоит, она все равно готова зачать! Чего они такие дуры?
Я молчу.
- Ты как думаешь, Егор, их Бог наказывает?
- Наверное, Бог всех наказывает. Всех без исключения.
Мы бросили бычки в урну.
- Чего-то меня мутит, - говорит Сашка.
- Надо еще выпить, - предлагаю я.
- Надо, - соглашается Сашка.»

Захар Прилепин. "Патологии"