Я создал.

Это сыроватый набросок-импровизация без редактуры ва-а-пще. Поэтому выложить его будет честно. С редактурой и скиллом любой дурак может, а вот импровизация расставляет все по местам: творец ты или не творец. Ну и штампов с шаблонами дохуя, конечно, но что ж поделать, блин(( не хватает опыта(( Надеюсь, Ты почитаешь это перед работой в метро и выскажешься...

Все в округе уже знали: паразит крепко присосался к чреву Божьей Матери и теперь выкачивал из нее все соки. Это ощущалось повсюду. Купола церкви потускнели, а стены, краснеющие символами Христа, будто искупались в запекшейся крови. В маленькие грязные окошки не проникал свет, мусор летал по опустевшему клиросу... Пресвятая Дева лежала на матрасе в том же самом месте на горе Гевал, где Иисус по молодости и фану устраивал жертвенник. А благоверный Иосиф, столь же глупый, как и прежде, негнущимися от артрита пальцами уже плохо справлялся со сменой капельниц, вставкой катетеров и трубок. И вот когда в очередной раз он случайно дернулся и вогнал ей иглу мимо вены, а она сдавленно застонала, скрипучие двери распахнулись, впустив с собой свет и легкий аромат "Light Blue".
Он был высок и статен, длинные волосы чернели и блестели, как вороново крыло. Таким волосам позавидовал бы и Иоканаан, если бы не таскал свою отрубленную голову под мышкой. Блестели у него даже велюровые перчатки. И так как он умер молодым, то и молодость у него была такая - вечная. Разве что частенько приходилось делать перевязки, чтобы кровь не пачкала костюмы - но никакие бинты до конца не спасали. Однако денег было достаточно, чтобы покупать новую одежду хоть каждый час. Лишь бы не белую. Белый цвет его триггерил, напоминая испепеляющее солнце - то самое, запечатанное в памяти болью и агониальной тоской.
Он вошел медленно, осматриваясь по сторонам. В последний раз он видел это место только по скайпу - он видел апсиду ухоженной, чистой и светлой. Теперь вокруг царила безысходная пустота, какое-то чудовищно пошлое оголение, оголение трещинами и отколупленной штукатуркой, оголение нервами и чувствами, оголение помыслами и стенаниями. Нутро его содрогнулось в тошноте, но он уже подошел к алтарю. Надо было что-то сказать.
И он поздоровался с матерью.
Любой дурак видел, как они не похожи с Иосифом. Один - красив, статен и влюбил в себя всех - даже Саломею и Иаиль. Другой - мягок внутри, глуп, лицом - будто природа наотмашь зарубила топором случайные антропоморфные черты по полену. В общем, он не был похож на отца - зато он был очень похож на человека, которому Мария когда-то дала напиться воды и предложила ночлег... Ведь ночи такие холодные и опасные, а утром можно снова отправиться в путь: проходи, будь гостем, если статен, как ливанский кедр, черноволос и лелеешь в уголках губ весомый, нужный грех. И осторожно на ухо: я поселю тебя в хлеву, незнакомец, - а то муж совсем не вожделеет меня, а мне нужно, я так молода, я так красива. А муж устало ляжет к стене, уничтожив мой ужин, и захрапит... Я слишком для него чиста и нежна, он слишком невинен...
Иосиф все еще верил, что от той малости, что случилась между ними, появился сын. Он все еще не понимал, что зашедший пять месяцев назад случайный гость смутно кого-то напоминает ему. Кого-то из прошлого... мимолетного... еле замеченного... Но вот кого?..
И почему его жена встретила гостя с искрами в глазах? Почему одна пошла показывать храм, попросив его, преданного мужа, остаться при редких посетителях?
Сын присел к ложу наполовину умершей матери и отослал отца.
Они говорили долго. Говорили о том, что паства сына куда больше, чем паства матери. Что сына упоминают всуе, а мать - нет. Что сыну капает за это, а мать даже храм починить не может. Но скоро это будет и не нужно. Она умрет, разродившись его полнокровным братом. Она слишком стара, чтобы выжить. К тому же, выжить, рожая Антихриста - та еще задачка.
А потом он ушел. Ушел, оставив за собой шлейф от "Light Blue" и пачку свежих и хрустящих купюр без единого загнутого уголка. Оставив тут нанятую им служанку, нянечку, пару рабочих, кухарку - с жалованием на год вперед. Те сразу засуетились - стали убираться, все чинить и латать, проектировать детский угол в глубине храма. Мария смотрела на них безучастно. Сын вселил в нее смирение перед неминуемой смертью. Теперь она не плакала и не стонала, и даже ее лоб не морщился от судорог. Только губы едва заметно произносили: "Иешуа. Иешуа. Иешуа".
А сын тем временем уже ехал на юг. Он знал, где прячется тот незнакомец. Он должен был отомстить ему. Он должен был, выстрелив, сказать ему самое важное слово - "папа". Он должен был. Потому что так пожелала мать. Слезы катились по его небритым щекам - совсем такие же, как тогда, на кресте, - много веков назад, когда он плакал в последний раз.

Наверно, это стоит того, чтоб расписать пошире. Не знаю.
Комментарии: 7
Change_of_Scenery
Очень круто, на одном дыхании
reinenVernunft
Ииииииииииииии *__*
Незнакомец еслишо это Сатана.
DrEvill
Для чернового варианта нормальный текст. Напильником править не надо. Но дошлифовать надо.
Это я как графоман со стажем кхым... кхым... сугуболичное мнение выражаю.
Мозг жэ спотыкаеться вот об это:
Цитата: reinenVernunft
паразит .... теперь выкачивал из нее все соки
паразиты высасывают, насосы выкачивают.
Цитата: reinenVernunft
будто искупались в запекшейся крови.
запёкшееся кровь это твёрдая корка. Как ей можно облить, а темболее купаться? хотя это наверна это просто моя личная придирка. хз.
Цитата: reinenVernunft
грязные окошки не проникал свет

свет проникает в помещение. Окошки его пропускают. или не пропускают.
Цитата: reinenVernunft
мусор летал по опустевшему клиросу..
Снаружи ураган? Окошки то мелкие застеклённые (ну если грязные, то там стекло-жэ?), а дверь заклыта. Так что воздушные массы только через колакольню. А что-б поднять мусор нужен ураган. Может лучше "висела пыль" а не "летал мусор"?
Цитата: reinenVernunft
природа наотмашь зарубила топором случайные антропоморфные черты по полену.

вырубила топором; на полене;
и т.д.
Вобщем смотриться хорошо, но бери наждачку и шлифуй сам. Твой жэ текст. Красивше будет. ))))))))
reinenVernunft
*сама

Да, я в курсе, что криво. Ибо это действительно импровизация. Дома у меня тихо только ночью, в шуме я не могу, а ночью хочется спать. Оно такое сырое очень, ему еще в полтора раза шире нужно быть, и вообще это что-то типа предисловия, я думаю. Спасибо за указания. Я через неделю специально забуду этот текст, чтоб еще больше кривоты увидеть, и поправлю ^^
DrEvill
Да, я в курсе, что криво.

Криво?
Вы не видели эссе которые по культуралогии пишут 2 пары, а потом сдают даж не краснея. Вот там криво. 70% работ там просто п-да как криво.
А это норм и вполне. В переделке не нуждается.
reinenVernunft
Криво в смысле лексики, плюс много зияющих мест, типа как дыр в проработке мира. Когда пейсатель знает, о чем пишет, и упускает это, потому что даже не догадывается, что нужно специально для читателя что-то объяснить.

Хотя можно, как Павич, не объяснять ничего, бггг)

Добавить комментарий

Вы не можете комментировать эту запись по причине: Добавлять комментарии для этой записи могут только зарегистрированные пользователи.